Читатели "Московских историй" - о старом Замоскворечье.
С 50-х по 80-е годы мой троюродный брат с матерью жил во 2-м Казачьем переулке, номер дома, кажется, 9. Дом старинный, купеческий. У них было две комнаты в коммуналке. Во времена моей средней школы, 5 - 7 класс, в 3-й комнате никто не жил, она была заперта. В комнате тети был эркер, это казалось очень необычно. У брата комната была очень узкая, по правой, длинной, стороне стояла тахта, письменный стол и какой-то невысокий шкафчик, до левой, пустой стены оставалось сантиметров 70 - 80. Эту длинную пустую стену разрисовал приятель брата - художник. Чего там только не было, но основная тема - город. Мне очень нравилось рассматривать.
Я все детство, с 1978-го по 1990 год, прожил в 2-м Казачьем переулке, дом 11, стр. 1, кв. 9, на фото окно мой квартиры, на втором этаже справа. Мои предки жили там еще с момента постройки дома.
С лестницы Дома пионеров (Большая Полянка, 45), которая зимой замерзала и покрывалась льдом, мы гоняли на санках. Как живы все остались, непонятно. А дом, что слева на фото Казачьего переулка, назывался "Торповка" - по фамилии собственника. Помню, что он стоял уже заброшенный. Мы там играли в войнушку и искали клады. Потом его снесли, там все дома посносили, а наш 11-й стоит. Только два этажа надстроили.
Коломойцев Никита Олегович
Полянка - любимая улица на всю жизнь! С рождения в 1953 году до 1976-го, когда наш дом передали Министерству средств связи, жил в доме № 44/2, в 1-м подъезде (вход со 2-го Спассоналивковского переулка), на 3-м этаже - окна выходили прям на здание исполкома.
Учился в 559-й школе в Казачьем переулке, в Доме пионеров занимался в авиамодельном кружке, во дворе дома пионеров играли до одури в футбол, ели недозревшие яблоки и груши в пионерском саду. Естественно, все друзья-одноклассники жилу поблизости: 1-й Спассоналивковский, Погорельский, Щетининский и оба Казачьих переулка, Большая Ордынка, улицы Островского (Малая Ордынка) и Пятницкая и, конечно, сама Большая Полянка.
Насколько я знаю от друзей, половины из которых уже нет, на Большой Полянке до сих пор проживает мой одноклассник и друг детства, врач Иван Кандинский - внучатый племянник того самого художника-отца авангардизма Василия Кандинского, родной брат которого во время войны был главным смотрителем Третьяковки.
Часто приезжаю на Полянку в "Молодую гвардию" и пешком иду до Добрынинской, к метро.
Еще: "За "проклятым домом" находился пионерский садик", "Лет в 6 я переходила Большую Полянку, не замечая светофора и пешеходного перехода, - просто перелезала через ограждения".