— Но это все ты зовешь любовью, чтож… Мы готовы это принять. — Иван одной фразой прервал разыгравшийся гул бубнящих голосов. — Я вот чего не понимаю. Она же ведь ни в никуда уехала. Молчание повисло в комнате. Казалось, если бы не легкие стенания какого-то тонкоголосого певца под ритм на фоне, тишина бы давила на перепонки. «Нет, нет, нет, он ведь не хочет сказать о…» — он не успел додумать мысль до конца. — Нет, нет, Илюша, не в никуда она уехала. И не в институт поступать, точно. Помнится мне, это ж была зима. Куда уж, поступают то осенью. — Артем смотрел на друга, не понимая, куда он ведет. Он смотрел на Ивана, и ужас холодной волной пробежал по его лицу. Он вспомнил, как в тот злополучный вечер, слушая рассказ Ильи, он никак не мог избавиться от одной мысли. Та крутилась назойливой мухой еще с начала рассказа, но обрела конечную форму только к его концу. Он хотел решить этот вопрос, уточнить у Ильи. Но увидел, что тот достаточно ранен, и бередить эту тему ни к чему. То, что он бере