— Лёша, пожалуйста, может хватит уже позориться? Уймись, наконец! - взмолился я, оттаскивая друга за локоть от сидящих за перегородкой девушек.
Наш плацкартный вагон замедлялся перед очередной остановкой. Совсем скоро мы подъедем к паромной переправе и я впервые увижу море и то, как солнце трепещет и плавится в его мягких волнах. Я успел сотню раз пожалеть о том, что ввязался в это путешествие именно с Лёхой. В поезде он сорвался с цепи.
— Ты чего лезешь? - вскинулся недовольно Лёха, пытаясь вырваться, - они были у меня уже в кармане!
— В твоём кармане дыра размером с Амазонку! - зашипел я в ответ и плюхнулся поближе к окну, притворяясь, что меня cтpaшно заинтересовали мелькавшие за ним виды.
Пухлая женщина с сиденья напротив не сводила с нас глаз. Ещё бы! Мы были для неё отличным развлечением.
Лёха был невыносим. Едва усевшись в поезд, он заявил мне, что прихватил с собой клубники, причём исключительно для меня, чтобы я не сильно скучал.
— У вас уже клубника успела созреть? - удивился я.
Была середина июня.
— А то! - дьявoльски усмехнулся Лёха и разложил за нашими спинами журнал.
Я почувствовал, что начинаю краснеть. Это был один из тех журналов... С женщинами. Ну, вы поняли меня. С верхней полки над нашей пухлой попутчицей прыснула девочка-подросток и быстро прикрыла рот рукой, а потом блеснула на нас задорными глазками. Гpязный жypнальчик всю дорогу вдохновлял Лёху на смелые "подвиги".
— Ты просто завидуешь моему успеху, - процедил он сквозь зубы, чтобы никто не услышал, - сам-то сидишь тут, как пень, в телефоне.
— Что именно ты подразумеваешь под успехом? Упорный игнор или прямое предложение cвaлить подальше?
— Зaткнuсь! - обиделся Лёха.
Остаток пути я провёл на своей верхней полке. Утренний разговор с мамой перекатывался в мыслях яркими кричащими шариками. Она была в бешенстве от моего побега. Наговорила кучу неприятных вещей. Я и не ожидал другой реакции, но на душе стало так паршиво, словно я совершил yжaсную, непростительную подлость именно по отношению к ней.
Я бежал из дома в надежде обрести твёрдость шага, ясность мысли и уверенность в своей правоте. Я хотел понять что-то важное, отдавшись размеренному рокоту волн. Я хотел увидеть, разглядеть там, на предвечернем горизонте ту неуловимую грань, что отделяет морскую, осязаемую лазурь от божественных и недоступных небес. Мне мерещилось столько ответов на том горизонте... Но теперь, после разговора с мамой, я хотел просто вернуться назад, сдать эти тpeклятые вступительные экзамены и тянуть дальше свою пapшивую жизнь.
Я вырвался из рук отца и побежал вдоль борта к носу теплохода. "Бум! бум! бум!" - скакали по деревянной палубе звуки от моих ботинок и весело прыгали за борт в холодную воду Волги. Капитанский мост совсем рядом... Сейчас, сейчас! "Мальчик, туда нельзя!" - крикнул мне матрос и погнался следом. Я подлетал от счастья, за мной настоящая погоня, ну, здорово ведь! Вот фуражка капитана, широкие плечи... Он оглянулся и его усы зашевелились от улыбки. Капитан подхватывает меня и ставит перед штурвалом - право руля! лево руля! право! лево! Вдруг Волга превращается в океан - бескрайний, синий-синий, с барашками на гребнях волн и меня просто paздирает от счастья и восторга.
"Смотри, папа, там дельфины!" - кричу я папе, ведь он где-то рядом, он всегда рядом со мной, в моём потерянном, грубо раненном сердце от того, что отца давно нет...
"Вижу, сынок, вижу" - раздаётся голос папы прямо за моей спиной. Он треплет меня по волосам, снимает свою капитанскую фуражку и одевает на мою непокорную голову, смеясь пушистыми усами.
— Тимоха, хорош спать, приехали! Собирайся на выход, - растолкал меня Лёша и я проснулся.
П р о д о л ж е н и е
Все ч а с т и рассказа "На горизонте"
Выразите лайком своё отношение к рассказу.