"Ливень и не думал заканчиваться, и во дворе Университета становилось все темнее и мрачнее..."
Глава 18. Дождливый вечер
(Продолжение. Начало здесь )
Ливень и не думал заканчиваться, и во дворе Университета становилось все темнее и мрачнее. Вымощенная площадка, на которую падал свет из окна аудитории, выглядела вполне безопасно, но мокрые клумбы таили неясную угрозу, а о том, чтобы нырнуть в кусты и пролезть сквозь прохудившийся забор прямиком к кладбищу, Яшка и думать не мог. Что произошло там, среди могил, никто так толком и не узнал. Городской Муниципалитет, правда, разместил в газете коротенькую заметку, но была она настолько смутной и непонятной, что нагнала на жителей еще больше страху. Сообщалось лишь, что «никакой внештатной ситуации не произошло», что поводов для беспокойства по поводу Первого кладбища у горожан нет и что в связи с реставрационными работами некоторые аллеи временно закрыты для посещения. Последнее предупреждение было, впрочем, излишним: посетители, мягко говоря, не рвались не то что на отдельные аллеи, а на Городское кладбище вообще. Яшкин дядюшка, прочитав заметку, только хмыкнул:
- Нет поводов для беспокойства! Легко решили отделаться, да как бы не так. Теперь, вот увидишь, слухов станет еще больше!
Так оно и вышло. Судя по тому, о чем судачили теперь горожане, кладбище просто кишело всяческой нечистью, упыри и вурдалаки бродили по нему толпами прямо при свете дня, а городская стража ушла оттуда не по доброй воле, а единственно лишь признавая собственное бессилие. Ожидалось прибытие не то колдунов, не то истребителей нежити, не то войск, говорили о бесчисленных жертвах, а по улице, шедшей вдоль кладбищенской стены, теперь никто не ходил. Неясна была только роль сторожа — часть горожан полагала, что это герой, самоотверженно в одиночку сдерживающий свору нечисти, а другая утверждала, что сам он давным-давно превратился в вампира и возглавляет банду привидений.
Одним словом, соваться в нехороший сумрак Яшке не хотелось. К счастью, находился он во дворе Университета не просто так, а официально, в качестве помощника и заместителя деда Никанора. Потрепанный веник служил ему своеобразным пропуском и будто бы делал мальчика невидимым для университетских смотрителей. Поэтому он направился к главным воротам, закинув свой дворницкий оберег на плечо и изо всех сил делая вид, будто утомлен долгой работой.
Обыкновенно Яшка проходил мимо смотрителя в полном одиночестве, но сегодня получилось иначе. Выглянув из-за угла, он увидел толпу студентов, спускавшихся по лестнице от главного входа. Наверное, даже бесшабашным студентам и ученым профессорам неуютно бродить неподалеку от кладбища в сумерках, подумал мальчик. Он поколебался немного, соображая, как быть — идти большой толпой, конечно же, безопаснее, но едва ли молодые люди обрадовались бы чужаку, вооруженному облезлым веником. Поднимут еще на смех... Наконец, он решился и зашагал через двор, рассчитывая идти чуть позади остальных, в спасительной темноте,но не слишком далеко.
Вдруг из-за его спины послышались голоса. Яшка вздрогнул от неожиданности и обернулся.
- Да, материалов набрано немало, - произнес сухонький старичок в круглых очках с охапкой каких-то папок в руках, и Яшка понял, что перед ним давешний профессор, поведавший о господине Ротенфуксе. - С собой я, разумеется, возьму лишь некоторые лекции… Было бы странно и легкомысленно везти весь архив, он может потеряться…
- А нельзя ли мне, господин профессор, в ваше отсутствие поработать с тем, что останется? - спросил его спутник, высокий парень. Рассмотреть его как следует мальчик не мог, но голос тоже узнал — именно он интересовался, распродавал ли Рыжий лис награбленное. Надо же, подумал Яшка, вор и разбойник — а поди ты, люди им вон как интересуются, целый архив собрали, изучают…
- А почему бы и нет, почему нет, - добродушно прожурчал профессор. - Большая часть моих записей останется в Университете. Правда исходные материалы, с которыми я работал — их вы в Университетской библиотеке не найдете. Почти все хранится в Городской, оно и понятно — там больше места, да и потом, это ведь подшивки старых газет, а у нас, по большей части, научная литература…
Профессор и студент не заметили Яшку, увлеченные беседой. Подслушивать, конечно, нехорошо, но ведь так интересно узнать что-то еще о господине Ротенфуксе! Поэтому мальчик потихоньку пошел за ними и все трое вышли за ворота, сильно поотстав от остальной толпы.
- Список использованных источников где-то в моих бумагах, - продолжал профессор. - Вы можете пройти, так сказать, по моим следам. Будет интересно узнать, какие выводы сделает человек, не погруженный в эту тему…
Молодой человек хотел было что-то ответить, но в этот момент монотонный шорох дождя сменился диким воем.
«Вот и упыри», - обреченно подумал Яшка. У мальчика подогнулись ноги и он едва не упал. Впрочем, студент тоже вздрогнул, а профессор от неожиданности выронил из рук свои папки. Тетради, блокноты и карандаши разлетелись по лужам, но никто не обратил на это внимания — дождливую мглу прорезал потусторонний свет. Помощник дворника задрожал, но тут профессор с досадой воскликнул:
- А, опять это недоразумение!
Троллейбус пронесся мимо них, как призрак. Цифра четыре светилась над стеклом. Издав очередной утробный рев, адская машина скрылась в темном переулке между Университетом и кладбищем. Холодея, Яшка сообразил, что ярко освещенная кабина водителя была пуста.
- Надо же, такой талантливый человек и такая оплошность! - нервно хмыкнув, произнес профессор. - Самое главное — никто не знает, что теперь с этим делать…
Тут старичок сообразил, что его руки, ранее нагруженные папками, пусты, и ахнул.
- Мои записи!
Бумагам и впрямь угрожала опасность. Яшка бросился на помощь. Вдвоем со студентом они выуживали записи из луж, отряхивали, как могли, и отдавали профессору, который бережно прижимал их к груди.
- Спасибо, молодые люди, - слегка задыхаясь, промолвил наконец владелец папок. - Взгляните, одна из тетрадей, кажется, улетела на проезжую часть…
Яшка подобрал профессорские записи и протянул спутнику старичка — у самого профессора уже не хватало рук. При свете фонаря он увидел рыжую прядь волос и желто-зеленый, кошачий взгляд, как показалось мальчику — слегка насмешливый. Помощник дворника сконфузился и поспешил ретироваться.
- Еще раз благодарю!.. - пропыхтел профессор ему вслед, и они со студентом скрылись за стеной дождя.
Яшка поежился. Стоять одному на темной улице было неуютно, и он уже двинулся было следом, но тут его внимание что-то привлекло. Помятый исписанный клочок бумаги белел рядом с университетской оградой.
«Мусор есть мусор!» - прозвучал в голове мальчика грозный голос старшего дворника. Яшка схватил бумажку, сунул ее за неимением поблизости урны в карман и поспешил домой.
© Анна Липовенко
#чердачок со сказками
Продолжение следует.
Другие сказки:
Отпуск Кощея ( начало сказки )
Лучший подарок (цикл "Тридесятый лес")