Спустя двое суток, отведённых ему для отдыха Виви, Град вернулся в госпиталь тем же врачом, что и до перелома Одри. Девушка приходила в сознание только один раз и ненадолго, крылья никак не заживали.
Град, стоя у шкафчика с лекарствами, пытался с помощью смеси орхидеи и болотистого цветка получить ведьмино успокоительное, о котором читал в медицинском учебнике. Сложностей в приготовлении была масса, например то, что болотистый цветок периодически кусался, оставляя на месте укусов шрамы.
- Ты оттяпал мне полпальца, успокойся уже, - выругался Град, положив цвет на столик и начав резать его на кусочки. – Понял, да? Это тебе за шрамы!
- Здравствуйте…
- День добрый, - не оборачиваясь, ответил Град, даже не опознав пол пришедшего. – Чем могу?
- В какой палате лежит Одри? – Град замер с ножом в руках. По спине у него пробежала неприятная дрожь, перед глазами щёлкнул электрический разряд. Парень бросил нож на стол, забыв напрочь про кусающийся цветок. Град обернулся. Перед ним стоял юноша ростом с него. У врача вызвал отвращение лишь один взгляд гостя – наполненный фальшивой покорностью и виной. В одной руке тот сжимал букетик полевых цветов, а другой нервно поправлял непослушные светлые вихры на затылке.
- Кто ты ей? – спросил Град, удивляясь собственному спокойному голосу.
- Я… Я её молодой челов… друг… Вьюн.
- К ней нельзя, - отрезал Град и вернулся к нарезке цветка с такой силой, будто это растение пришло в госпиталь и раздражало его.
- Как она? – тихо поинтересовался Вьюн.
- Не твоё дело, - рявкнул парень.
- Моё. – Голос Вьюна стал до смешного твёрдым и настойчивым.
- Слушай, иди отсюда, - усмехнулся Град.
- Не уйду, пока ты не проводишь меня к ней! Я хочу извиниться!
- У неё предательский перелом, дурень! – прикрикнул Град, оборачиваясь к Вьюну. – Из-за тебя, ты понимаешь это? От твоего присутствия ей не станет лучше. Никогда. Уходи.
- Не уйду! – Вьюн ужом проскользнул мимо Града и направился по коридору госпиталя, бесцеремонно заглядывая во все палаты.
- Мелкий гад, - прошептал врач и побежал за Вьюном, который уже нашёл палату, где лежала Одри.
- Одри, - проговорил Вьюн, подойдя к кровати больной. Забежавший вслед за ним Град уже схватил парня за плечо, как вдруг замер, заметив, что Одри приоткрыла глаза.
- Вьюн, - одними губами проговорила она. Парень сел на корточках и взял её за руку. Стоявший в стороне Град чувствовал, как что-то внутри него ломается – он столько времени сидел рядом с Одри, ухаживал за ней и следил за её состоянием, а она очнулась только когда увидела предателя.
- Одри, прости меня, пожалуйста, - заговорил Вьюн, положив цветы рядом с девушкой. – Я понимаю, это всё выглядело ужасно, но это было совсем не так… Понимаешь, перья…
- Одри, он врёт! – как будто в полусне прокричал Град, сжимая кулаки. Девушка подняла на него глаза и, кажется, только что заметила его. От одного её взгляда Граду хотелось плакать или кого-нибудь убить, например, Вьюна, - глаза у неё были затуманенные и покрасневшие, как будто она плакала несколько дней без перерыва. Она молчала, но Град всё понимал и так.
- Ладно, простите, - развернувшись на каблуках, Град направился вон из палаты.
- Мне говорили, что ты без сознания, я не мог прийти. Меня не выгоняли из мастерской, я ушёл сам и…
Он не успел договорить. Град, думавший либо о благополучии пациента, либо о своих чувствах к Одри, больше не мог стоять в стороне. Прокрутив в голове возможное отстранение от работы, парень, сжав зубы, налетел на Вьюна, схватил его за воротник рубашки и вышвырнул из палаты, выбросив и букет цветов.
Одри из последних сил закричала, глядя на Града так, словно он у неё на глазах убил человека. Девушка забилась в истерике, каркас с крыльями пугающе зашатался. Град позвал помощь и подбежал к Одри. Глаза её темнели, она теряла рассудок.
- Что ты творишь?! Он же… Он же извинился… Он… Подарил цветы… он сказал, что… он… Я же… я…
Каждая её пауза заменялась всхлипываниями и криками. Девушка сжала простыни в кулак и снова была готова закричать, но ни единого звука, кроме хрипа, не вырвалось.
В палату забежали санитары, но Град уже ввёл в мышцу Одри лекарство. Девушка успокоилась, но продолжала трястись от рыданий.
Град оглянулся. Вьюна и след простыл, лишь цветы из распавшегося букета теперь были раскиданы по всему коридору. Санитары обеспокоенно таращились на Одри, пока не заметили электрических разрядов над белоснежным халатом на плечах Града.
Врач снял перчатки, бросил в урну и, смотря на Одри виновато и устало, сквозь зубы прорычал:
- Это я тебе нужен.