В одной, весьма заурядной местности, с ничем не примечательной растительностью, с вполне обыкновенной живностью, жил был Лес. И, не сказать, чтоб сильно старый он был. Хотя, с какой стороны посмотреть…
Молодые, буйные поросли, сочетались с весьма престарелыми деревьями. Некоторые из них, ещё помнили себя молодыми побегами. А встречались и такие, которые столетие назад уже, забыли о своём происхождении и предназначении.
И вот, вся эта разновозрастная растительность, потерявшаяся в реальности и пространственно-временном континууме, пребывающая много лет в прострации, решила вдруг заявить о себе, как о сущности, и напомнить о главенстве.
Осмотрел Лес свои владения, и решил для начала, всё упорядочить и классифицировать. Только вот, с чего начать? Зверьё лесное, так непостоянно – носится туда-сюда, сломя голову. Попробуй их собрать всех вместе? Мелкими червячками, букашками и бабочками заниматься долго и муторно. Различные травинки и цветочки? Одно упоминание о них, причиняли ему приступы мигрени. Что тут ещё осталось? Грибы!? Вот, пожалуй, ими можно заняться…
И повелел Лес грибному семейству, явиться к нему, по одному, от каждого вида. А явилось их, превеликое множество. Уж никак не думал он, что такое многообразие их имеется. Почесал наш Лес, крону дуба молодым орешником и задумался:
«Ну задачку я поставил себе. С чего начать-то?..».
- Вот, ты. Как тебя зовут? – обратился он к грибу с тёмной шляпкой.
- Обабок, черноголовик, подберёзовик... Ещё - Лекцинум – это на латыни.
- Стоп, стоп, стоп, - замахал ветвями Лес, - Слишком много имён, для одного гриба.
- Так всякий по-разному нас зовёт, кто как привык, - смущённо ответил гриб.
- Значит так. Велю всем называться по… Этой, как её… Латыни. Чтоб путаниц не было. И разберитесь с межвидовым разнообразием, классифицируйтесь, согласно генетике. Через неделю всех снова соберу. Чтоб у каждого был письменный документ, с печатью и подписью, заверенный… Кем?.. Не важно, главное, чтоб документ был. На дворе 21-ый век уже, - сам немного офигев от сказанного, закончил Лес.
Неделя подходила к концу, а в Лесных угодьях творилась непонятная чехарда. Грибные полянки и просеки опустели. Люди-грибники, сначала ходили хмурыми, затем их число убавилось до нуля. А, ведь раньше как было тут многолюдно. И многие благодарили его, вслух и про себя, возвращаясь домой с полными корзинами.
- Вы, это… Что себе позволяете?.. Почему не растёте?.. – мрачно вопрошал Лес, когда наступил назначенный час.
- Так, некогда нам этим заниматься, мы ещё не разобрались сами в себе. И запутались, - отвечали грибы.
Дальше начался гомон, каждый гриб старался что-то объяснить и пытался перекричать оппонента.
- Тихо. Тихо все. У меня от вас голова кругом. Говорите, кто-нибудь один. Вот, ты давай, - обратился ошеломлённый Лес, к солидному, на вид, грибу на толстой ножке с коричневой шляпкой.
- Лес-батюшка, помилуй. Раньше росли мы, и горя не знали. Каждый знал своё место и время. И неважно было как кто назывался. А теперь вот – генетика! Латынь… Теперь сам леший не разберётся в этих названиях. За что, скажи ты нам, так обидели Грабовик? Раньше его к подберёзовикам причисляли, а теперь? Лекцинеллум?
Что за слово такое? Его даже произносить противно. А ты посмотри, что с белым подосиновиком? Его теперь нету, вообще! И, на кой ляд, ему тогда расти? А ложнодождевик ко мне в родственники записали, в болетовые. И такие примеры можно перечислять до бесконечности. Вот и поссорились мы, между собой.
«Да уж, ерунда получается» - задумался лес. И решил:
- Пусть будет всё, как прежде. Нам то какое дело до всех этих названий? Пусть те, кому надо, классифицируют и изучают. Мы и со старыми именами неплохо проживём.
И наступило прежнее, веками устоявшееся благополучие. Грибы росли сами по себе, и им было глубоко плевать на заумные термины и названия. Грибники, возвращаясь домой, с полными корзинами, всё также благодарили Лес-Батюшку, за хороший урожай.
Текст Евгения Баюрина.
11.06.2021г.