Почему верховным лордом Штормовых Земель стал самый младший Баратеон – Ренли, а не средний брат – Станнис?
Ранее, в своей статье «Странный король Роберт Баратеон» я уже рассматривал вопрос очень «нестандартного» раздела королевских земель после победы Роберта над Таргариенами. Вместо того чтобы, как минимум, «законсервировать» за новой королевской семьей и своим предполагаемым, еще не рожденным наследником (ведь и Серсея в юности надеялась именно на такого наследника) усилившийся королевский домен – Роберт его делит. Королевские земли и столица – королю, Штормовые земли - младшему брату Ренли, Драконий Камень – среднему брату Станнису. По факту теперь под властью короля стало меньше земель чем при Таргариенах – в «автономное» плавание ушел Драконий Камень, бывший при прежней династии вестеросским аналогом французского Дофине – единственная нормальная форма апанажа в Семи королевствах.
Но в том то и загвоздка – то, что могли позволить себе Таргариены (до Эйегона II включительно), не могли допустить последние их короли, и уж тем более первый король новой династии Роберт. У первых Таргариенов были драконы, и потому в рыцарях, латниках и простой пехоте, эти короли не очень нуждались. Да и содержание даже Балериона логически должно было быть дешевле тысячи воинов – дракон просто ел меньше, а стоил в бою больше. Но с исчезновением драконов самыми ценными стали земли. На которых живут и работают крестьяне, стоят замки феодалов, мелких, вроде сира Осгрея и крупных, таких как Рованы. И эти самые условные Осгреи и Рованы формируют свои личные армии из подвластных им крестьян и горожан, которые в случае войны большими и малыми ручейками вливаются в армию своего великого лорда.
Как результат такого подхода к распределению земель – армия нового короля Джоффри и его «и.о. десницы» Тириона, выглядит просто жалко перед лицом армий Ренли и Станниса.
В идеале у такого верховного сюзерена региона, хоть Баратеона, хоть Старка или Тирелла должна быть своя личная армия, состоящая из отрядов (копий) десятков мелких лордиков, подчиняющихся непосредственно ему. И в своей массе она должна быть больше, чем у самого сильного вассала региона, скажем, армия Мейса Тирелла, больше чем у Редвина. Как исключение, есть Фреи, у которых войск больше чем у их сюзеренов Талли, но это логически объяснимо, так как Талли самый молодой Великий Дом. А вот сколько воинов в армии Севера напрямую подчинялось Роббу Старку (например, воины Амберов – в первую очередь подвластны Амберам, подданные Карстарка вообще плевать хотели на "какого-то там" короля Севера и просто ушли после казни своего лорда), и были ли такие в его армии, в принципе – загадка. У Талли такие есть, даже у безземельного Кивана Ланнистера есть, а вот у хранителей Севера… как будто и нет.
Но вернемся к разделу короля Роберта. Предположим, что раздела между братьями было не избежать или это почему-то необходимо было сделать. Но и здесь в любом случае остается вопрос – почему самый богатый и ценный удел – вотчина, родовые земли Баратеонов достался младшему брату Ренли, а не среднему Станнису? Не логичней было бы «посадить» Ренли на Драконий Камень? На эти вопросы ответить логически гораздо легче, чем на вопрос - зачем такой дележ вообще понадобился.
Ответ – и десница Джон Аррен, и сам Роберт понимали, что Станнис попросту недоговороспособен и из него попросту не получится ни хорошего лорда, ни что также не менее важно, адекватного соседа для других лордов, а королевству после гражданской войны нужен мир. Станнис, в отличии от Аррена, вряд ли стал бы размышлять над тем почему Мейс Тирелл сначала долго и медленно тащился по Штормовым землям, разгоняя мелкие отряды сторонников Роберта, а потом не менее долго сидел под Штормовым Пределом. Аррен-то это понял – Тиреллы по факту саботировали войну на стороне короля. Здесь может последовать возражение – Тиреллы остались не у дел после победы Роберта. Парируется легко – а у «каких дел» остались верные Нед Старк и Талли?
Так что, при «назначении» Станниса лордом Штормового Предела могла случится и локальная гражданская война, просто из-за мести, не забыл бы Станнис как он голодал, а под стенами осажденного замка, в армии Простора тем временем шли бесконечные пиры. С другой стороны, Станнис мог подвергнуть репрессиям тех штормовых лордов, которые, по его мнению, не слишком рьяно воевали с просторовцами – опять никому не нужный хаос. И наконец, всего один поступок Станниса – «благодарность» Давосу Сиворту за спасение крепости от голодной смерти, мог серьезно пошатнуть братскую любовь Роберта, который зачастую, был как раз благодарным и великодушным.