Рассказ "Коса".
Это трогательный рассказ о детской уязвимости и беспринципности взрослых. О том, что не всем везёт с родителями и как поступок матери навсегда отпечатался в сознании дочери. Любите детей!
***
Анатолий пододвинул Вальке огрызок газеты, на которой лежал солёный огурец. Валька опрокинула голову назад. Красное, заплывшее от вчерашнего возлияния лицо, искривилось. Но газетку она пододвинула к себе ближе. В очерченной рамочке Валька увидела объявление. Буквы большие, шрифт отличался от общего фона, и главное была указана цена. Цена была такой, что Валька сразу перевела её в свою "бутылочную валюту". Глаза Вальки засверкали так, что Толя решил - можно заряжать аккумулятор от этих искр.
- Где ты раньше был? У меня трубы горят, - шипела на собутыльника женщина. - Тащи сюда Ольгу, в бане, наверное.
Нечего не понимающий Толька всё же направился во двор.
- Ой-ка, - будто икал он.
Мать Ольги часто праздновала. Праздновала всё, что считала нужным. Продолжительные загулы случались по праздникам, в остальные дни возлияния растягивались на два или три дня.
В такие дни Ольга не заходила домой. Быть тасканой за косу и слушать нравоучения не хотелось. Страшно. И девочка спала в бане или на летней кухне. И спокойно и выспаться можно.
В первый класс Оля пошла сама. Принесла документы, попросила соседку написать заявление и сказала, что мама работает, зайдёт позже. Документы взяли, но всё равно попросили зайти мать. А после всё забылось, Оля сама узнавала о распределении по классам , и в конце августа пришла на знакомство с учителем.
"Работает мама", - отвечала Оля на расспросы.
От соседских подружек постарше достались два шерстяных платья, в которых можно было ходить в школу. Одноклассники выделялись нарядами, у Оли нарядов не было, поэтому девочка старалась учиться хорошо. Но завидовали девчонки не этому, у Оли была коса. Самая настоящая: длинная, ниже пояса, русая и толстая. Ни у кого в классе не было таких роскошных волос и Оля, осознав это, стала ещё тщательнее ухаживать за волосами.
- Ой-ка, мать зовёт, - икал Толька.
Оля вышла из бани и прошмыгнула на кухню.
- Иди сюда, - подозвала мать, - садись.
Оля села на стул и стала ждать, что мать вновь начнёт учить её жизни.
- Да спиной ко мне садись, - крикнула мать.
Оля отвернулась. Мать взяла её за косу и осмотрела.
- Вши ещё заведутся, длиннюща такая, - и, схватив со стола тупые ножницы, принялась отрезать косу. Оля вскрикнула. Она просила мать не делать этого. Но Валька уже представляла, как обжигающая вода вливается в её горло.
Отрезав косу, мать скрутила её и сунула в пакет. Долго искала тапки, бурча под нос. Оля всё ещё сидела на стуле и плакала.
Пункт приёма был закрыт в воскресенье, и сдать волосы не получилось. Вечером мать вернулась домой, отпраздновав что-то в какой-то компании, кинула пакет у веранды и ушла домой спать.
Оля, закончив поливать грядки, заглянула в дом и, обнаружив мать в ужасном состоянии, пошла спать в баню. У веранды она наткнулась на пакет, в котором лежала коса.
Тяжёлая и безжизненная, перевязанная лентой коса не хотела держаться на волосах. Оля плакала и вплетала косу в волосы...
В школе все сразу заметили, что у девочки больше нет косы, заметили её неровно отрезанные волосы и подняли на смех. Всю школьную пору Оля сама подрезала быстро растущие косы, боялась. Боялась повторения унижения, боялась вновь ощутить ту безысходность, боль и слабость... Боялась и боится...
***
- Как будем стричься? Оля, а может, немного отрастите волосы и я вам сделаю красивое каре, - предлагала парикмахер, - волос у вас хороший.
- Нет, спасибо, я в детстве находилась с косой, теперь только короткие, давайте, как обычно, - ответила Оля и закрыла глаза.