Мы стареем потому, что стыдимся молодости
Из моих юношеских лет, когда формировались мои литературные пристрастия, как будущего поклонника фантастики, Дмитрий Биленкин запомнился мне почти исключительно как публицист и критик. Когда я вспоминаю сейчас прочитанные тогда книги, у меня возникает ощущение, что как минимум к половине из них предисловия и послесловия были написаны именно Биленкиным. Очень жаль, что его собственные художественные произведения каким-то образом прошли тогда мимо моего внимания, но тем приятнее отдавать им сейчас должное.
Цикл произведений о психологе Полынова, о котором пойдет речь в статье, как раз и стал тем прорывом в карьере Дмитрия Биленкина, благодаря которому он обрел подлинную популярностью. Космонавт-исследователь, психолог, интеллектуал Андрей Полынов - сквозной персонаж трех повестей, в которых он сталкивается и успешно решает самые разные проблемы недалекого будущего, плюс в цикл входит еще и четвертая повесть, где уже через тысячи лет действует далекий потомок Полынова.
1. «Десант на Меркурий». Старая добрая классическая научная фантастика. Члены исследовательской экспедиции, высадившейся на Меркурии, попадают в чрезвычайную ситуацию, из которой выходят благодаря своему интеллекту. Никаких злобных жукоглазых инопланетян, чисто научная проблема с определенным философским подтекстом. Фактически повесть можно считать своего рода предтечей великолепной дилогии Сергея Павлова «Мягкие зеркала», где автор пытается исследовать несоответствие человеческих интеллектуальных и физических возможностей, сформированных на Земле, задачам и проблемам, которые ставит перед ним Внеземелье. Биленкин пишет фактически именно об этом, сумев «упаковать» столь глубокий философский вопрос в относительно небольшую повесть. Научная фантастика в своем идеальном представлении.
2. «Космический бог». В этой повести Биленкин делает резкий поворот в сторону «космической оперы» (хотя, само собой не без социального подтекста — куда ж без него!). Полынов, путешествующий на комфортабельном пассажирском космическом лайнере, попадает в руки… космических пиратов! Прямо скажем, сюжет для советской научной фантастики не слишком распространенный. Возможно, поэтому пираты у Биленкина получились довольно неправдоподобные и опереточные. Справедливости ради, впрочем, стоит заметить, что более-менее правдоподобные или хотя бы интересные образы космических пиратов мне попадались буквально в одном-двух произведениях, вне зависимости от того по какую сторону и эпоху от «железного занавеса» эти произведения были написаны. Само собой, мощью своего интеллекта и глубоким знанием психологии (плюс пара небольших рояльчиков в кустах) Полынов сводит на нет все усилия одержимого манией величия гитлероподобного Главного Пирата захватить власть на Земле. Побеги, перестрелки, вооруженное восстание на космической станции — вполне динамичное и цельное произведение.
3. «Конец закона». Еще один лихой поворот, и мы оказываемся в мире так называемой «социальной фантастики». Полынов прибывает в некую условную капиталистическую страну (в которой без особого труда угадывается Франция) к своему другу и коллеге-психологу и оказывается втянут в круговорот странного и стремительно развивающегося заговора. Попытка совершить переворот в стране и выстроить в ней антиутопическое общество в духе Оруэлла посредством передовых методик суггестивного внушения (как раз в то время в моду вошли рассуждения про «техники двадцать пятого кадра»). Надо сказать, что повесть на фоне нынешнего тотального оглупления и массового наступления шарлатанов на науку пробирает реальным холодком, прямо до позвоночника… Уж очень много знакомого замечаешь в толпах неистовствующих «бабуинов», сжигающих на площади горы книг, увы. Да еще и «открытая» концовка, вообще-то нехарактерная для советской фантастики.
В качестве итогового вывода по трем «основным» повестям о Полынове хотелось бы заметить вот что: несомненно, весь цикл — это своего рода «оммаж» Стругацким, поскольку Полынов — это явное отражение Ивана Жилина. Так же, как и Жилин, Полынов проходит пусть от чисто «космических» приключений к социальным проблемам, чтобы потом вернуться на Землю. Параллель между «Хищными вещами века» и «Концом закона» видна, что называется невооруженным глазом, и пусть Биленкин идет несколько иным путем, но исследует он, в конечном счете, те же вопросы, что и Стругацкие.
К циклу примыкает четвертая повесть «Сила сильных», в которой фигурирует уже не сам Андрей Полынов, а его дальний потомок Антон, житель далекого будущего в котором человечество распалось на две ветви. Империя Плеяд, как воплощение капиталистической «утопии» и Союз Звездных Республик — утопия коммунистическая. Сюжет опять-таки вполне как в типичной «космической опере» - агрессивная звездная империя, Оружие Предтеч, агенты, которые должны эту угрозу обеспечить. Обычно принято считать эту повесть самой слабой в цикле, но лично я так не считаю (по-моему, в цикле вообще нет «слабых мест»). Скорее в этих негативных впечатлениях проявляется общая разочарованность читателей и утрата всякой веры на то, что человечество когда-нибудь с может вырваться из бесконечного круговорота взаимного обмана, насилия и грабежа.. Но это уже тема для отдельного обсуждения, которому тут не место.
Ну а если у вас есть хотя бы одна тысячная процента надежды, что когда-нибудь мы как цивилизация станем немного умнее и добрее — читайте фантастику Дмитрия Биленкина. Хорошие книги - разве может быть более надежный путь к самосовершенствованию?