Я ослепла.
Оказалось, чтобы по-настоящему почувствовать цвет, нужно ослепнуть. И тогда зрению ничего не останется, как прорасти на моей коже. На ладонях. На кончиках пальцев. И даже на пронизанной тонкой сосудистой сеточкой изнанке запястья. В том самом месте, куда брызгают из пробника туалетной водой.
Я обнаружила это совершенно случайно. Задумавшись, задержала руку над листом бумаги, на который только что нанесла темно-красную краску. И вдруг ощутила странное тепло на ладони. Я помедлила. И повторила это еще несколько раз. Меняя оттенки красного, его насыщенность, яркость. Пытаясь снова и снова убедить себя, что все это мне показалось.
Не показалось.
Тогда я проделала решающий опыт. Приготовила несколько карточек разного цвета. Перемешала их, словно игральные карты. Закрыла глаза. И принялась раскладывать цветные квадраты в определенном порядке. От обжигающего ладонь красного. Через приятное теплое покалывание оранжевого и желтого. Индифферентность зеленого. Прохладу голубого. К концу времен. К наводящим озноб синему и фиолетовому. Я повторила все это несколько раз. Ошибившись лишь однажды. Лишь однажды перепутав оранжевый с желтым.
Это было удивительно. Это было невероятно. Но это было не все. Я должна была проверить еще одну вещь.
Я плотно зашторила окна в комнате. И попыталась повторить то же самое в темноте. Постаралась опять почувствовать ладонью цветовую гамму на бумаге.
Безрезультатно.
Я сидела в затемненной гостиной. И без конца, снова и снова проводила ладонью над замолчавшей бумагой. Ощущая себя чуть ли не первооткрывателем. Гениальным пионером колористики. Без света не бывает цвета. Какая свежая, революционная мысль.
Наконец я отложила карточки. Встала, подошла к зашторенному окну.
Уже завтра начинались занятия на курсах при Академии художеств, куда меня совершенно неожиданно взяли.
Я прислушалась.
Там, снаружи меня ждала моя новая дивная жизнь. За пределами искусственно созданной тени затаился притихший в ожидании город. Совсем скоро в него беззвучно, по-кошачьи войдет осень. Принесет с собой преувеличенно яркую палитру листвы. Будет прямо в небе отмывать от кучевой светло-фиолетовой краски свои гигантские кисти. А по утрам накладывать на городские пейзажи импрессионистскую грунтовку тумана.
Я задержала дыхание — все было готово к представлению. Оставалось только поднять занавес. Сделать последний шаг. Я почувствовала волнение. И вместе с тем страх, легкий и головокружительный. Я взялась за шторы. За плотную надежную ткань принятого решения. С секунду помедлила. И рывком развела руки в стороны.
Андрей Гуртовенко. "Цельсиус" (изд-во "Время", 2021). https://www.labirint.ru/books/801528/?point=vrm