- Слушай - говорю двоюродному брату - когда в 90-х я застрял на вокзале Тюмени, интересная там была картина. При остановки поезда Улан-Батор - Москва, возле него собирались коммерсанты и торговали кожаные куртки. Как их там не гоняла милиция, они умудрялись покупать их, прямо из окон вагонов. Пассажиров, почему-то не выпускали или они сами не выходили. Наверное и ты, пока служил там, прихватил не одно кожаное изделие, для фарцовки?
- Как-то, не сложилось, служил еще при Союзе, да и не мое это. Подарки возил, конечно, но не более положенного. А люди возили, со мной был случай, вернее с моим приятелем. Да какие мы приятели, у меня две маленькие звездочки вдоль, без всяких просветов, а у него две большие поперек погона и просветов, тоже два. Запутал ты меня с этой коммерцией, лучше по порядку расскажу:
По делам службы, поехали мы с одним офицером в Союз. В купе было еще две посторонние женщины, средних лет. Не улыбайся, я же говорю средних лет. На этом поезде только наши и ездили, основном, специалистов и военных, в те времена там было много. Перед станцией Наушки, там таможня, предупредили, что нельзя ввозить. Я и не прислушивался, у меня ничего и не было. А одна женщина занервничала и к моему попутчику, солидно он выглядел - У меня две лисьих шкуры, что мне делать? А он ей - Успокойтесь, я вам помогу. Окно у него на границе что ли есть? Интересно.
Входят в купе таможенники, а он им с ходу - Вот у этой женщины, две шкуры лисицы. Мы все офигели. Ее с вещами вывели, минут через 10 она вернулась, вся в слезах. Поезд уже тронулся дальше. Она с упреками к подполковнику - Как же так, я вам рассказала, вы обещали помочь. - Помогу, не переживайте. Достал с багажной полки, что над дверью, свой большой чемодан, открыл, а он полон лисьими шкурами. - Сколько у вас было, две? Держите четыре...
Все вроде уладилось, женщина перестала плакать, но общение не клеилось. Так и шептались, каждый в своем углу. Хорошо, что нам скоро было выходить.
