Здравствуйте, друзья.
12 ноября 1809 года из духовной консистории молдавской митрополии было разослано предписание: "подтвердить всем благочинным и священникам, дабы они отныне и впредь никак не дерзали служить на вине, продаваемом жидами, ниже покупать от жидов никаких напитков, а притом объявляли бы в церквах, чтобы христиане остерегались от напитков, продаваемых жидами: ибо доказано, что они оскверняют напитки, продаваемые ими христианам, запрещёнными веществами, как например, плодом, после которого родильницы младенцев выбрасывают, и другими скверностями, каковые найдены в сосудах (бочках), которые из них проданы с дрождьями виноградными".
Особого воздействия не произвело это предписание, о нём в Бессарабии забыли; там каждый хозяин, владелец виноградного сада, делал своё вино и из виноградных выжимок гнал выкуривал свою водку. Но вот Бессарабия присоединилась к России, помещики получили монополию на производство и продажу водки. Постепенно они уступили это право арендаторам-евреям, и евреи со всей своей активносью берутся за новую коммерцию. В городах и казённых имениях правительство предоставило водочное право откупщикам, тоже преимущественно евреям.
Никто не имел право не только делать водку, но и покупать её вне пределов откупа или аренды. Откупщики и арендаторы врывались в дома, производили обыски, опечатывали погреба. Тогда-то и возник своеобразный народный протест среди крестьян Аккерманского цинута Бессарабской области, где особенно было развито виноградарство. В селе Тараклии заложили церковь, закладку надо было, по народному обычаю, вспрыснуть. Арендатор отпустил водки в горшке.
—Не будем пить, проклятый жид оскоромил водку,—заметил кто-то из людей, собравшихся на закладку.
—Неправда,—сказала баба, державшая чарку.
—Да в этом горшке жид мясо варил.—Дело было на Петров пост 21 июня 1813 года.
—Вот по краям горшка видны куски мяса. Разве не видишь, глупая баба?
—Да мы давно уже примечаем, что наш арендатор с умыслом в постные дни скоромит все напитки,—отозвался церковный староста.
В тот же день отвезли горшок с водкой в Анкерман к цинутному протопопу (уездному церковному управляющему).
—Жалуемся вам, пан отче, а вы донесите, куда следует. Можно ли жидам ругаться так над нашей верою?
—Да и у нас вот аккерманский откупщик евреин запечатал погреб у отца благочинного. Донесу об этом о всём архиерею,—сказал протопоп.
В ответ на донесение аккерманского протопопа последовало пояснение Бессарабского митрополита Гавриила о том, что откупщик действовал вопреки распоряжениям губернатора Скарлата Дмитриевича Стурзы, священники и дьяконы не могут продавать вино, это право принадлежит только помещику, но они могут производить и хранить вино для собственного употребления, а если нет собственных виноградников, покупать вино у кого захотят. Также было сказано всем арендаторам и откупщикам, чтобы священников впредь не притесняли. Для простого народа ничего не изменилось.
Вот такая история. Евреи, здесь, конечно, виноваты, но только ли они?
До свидания, друзья. До встречи на канале.