Недавно с дочерью посетили выставку в Кремле «Последние Рюриковичи. Лжедмитрий».
Экспозиция начиналась с икон, покровов на гроб и другой церковной утвари времен Ивана Грозного. Много даров царских родственников и жен различным митрополитам, архиереям и другим церковнослужителям. Почти ничего светского, разве что доспехи, копья, кинжалы и меч.
Далее идут времена Бориса Годунова. Уже и живопись лучше, есть дорогой подарок иранского шаха Аббаса I. Под конец – картины голода при царствовании Бориса. Справедливости ради, стоит заметить, что царь сам не сильно виноват в этом. При нем Москва-река замерзала дважды в самом начале XVII века. Такие погодные условия привели к Великому голоду и огромному недовольству народа. А образованность тех лет наряду со странностями климата давала возможность крестьянам и мещанам подозревать в такой ситуации гнев господень из-за прерывания великой династии. Кто ж в наших краях тогда знал, что проклятый вулкан Уайнапутина в Перу взорвался и поспособствовал так называемому «малому ледниковому периоду».
И, раз уж народ жаждет отпрыска царского рода, дабы все было согласно порядку, писанному на небесах, он его получит. По одной из основных версий первым «чудесно спасшимся» царевичем, сыном Ивана Грозного Дмитрием был Гришка Отрепьев, беглый монах.
Начиная с воцарения Лжедмитрия экспонаты выставки меняют характер. Уйма замечательных европейских кубков, красивые медали в честь восшествия на престол Лжедмитрия. Все становится гораздо более светским, утонченным, красивым и европейским. Есть и грамоты на русском и иностранных языках, дающие право беспошлинной торговли иностранцам, преимущественно полякам. Есть красивая карта Москвы на польском языке короля Сигизмунда.
И тут у меня началось какое-то дежавю. Плакаты Мальборо и Сникерсов, обилие английского языка в рекламе типа «вош энд гоу», «пэдигри»; Макдональдс на Пушкинской в Москве. И тоже все такое красивое, яркое и американское (хотя джинсы все-таки были преимущественно китайскими). В общем, пришествие иностранного капитала в столицу.
Удивительно, насколько вещи отражают эпоху и иностранные экономические завоевания. Связь Лжедмитрия с польской знатью нынче не вызывает никаких сомнений, даже в версиях, считающих Лжедмитрия подлинным царевичем.
В ту далекую эпоху, несмотря на обилие красивых вещей у близких к власти людей, народ стал жить еще хуже: голод, бесправие и унижение довели людей того, что терять было уже нечего.
Лжедмитрия I растерзала толпа, а остатками была начинена пушка, которая выстрелила содержимым в сторону Польши, иностранных поработителей того времени.
В 1990-е работяги на заводе, где работали родители, и не получавшие зарплату долгими месяцами, занимались выживанием, рассаживая картошку возле домов, кто-то спился, кто-то ушел в челноки и пострадал от рэкетиров, а кто-то наоборот, поднялся на торговле китайским низкопробным барахлом. А в рекламе, клипах, «голубых огоньках» демонстрировалась яркая и красочная, но не наша, чья-то роскошная жизнь.
Такой контраст вещей и визуального ряда за всего несколько лет обычно сопровождает передел собственности, связанный с приходом иностранного капитала, золотящего своих слуг на местах, и душащего простых людей. Сколько же раз это повторялось…