Вселенная Лавкрафта огромна — или даже бесконечна. Темные миры, непостижимые древние расы, настолько чуждые человеку, что он даже не способен воспринимать их своим ограниченным набором органов чувств, невероятные временные масштабы, в которых обитают эти существа — все это оказалось настолько гипнотически-притягательно, что породило огромный пласт всевозможных продолжений и ответвлений. В наши дни все это объединяют под довольно пресным коммерческим термином «межавторский цикл».
Этой статьей я продолжаю начатую мной недавно серию обзоров, посвященных произведениям, описывающим «вселенную Лавкрафта». На этот раз речь пойдет о рассказе фантаста Чарльза Стросса «Очень холодная война».
Чарльз Стросс — автор из очередной «новой волны» британской научной фантастики, преимущественно работает в области «твердой» НФ, и делает это неплохо — у меня на обзорном прицеле маячат пару его книг, дожидаясь своей очереди. Жаль, что его так мало переводят на русский язык. С «Очень холодной войной», однако, нам повезло — рассказ переведен и издан.
Из общего массива свободных продолжений Лавкрафта рассказ выделяет довольно нестандартный ход. Автор вполне в постмодернистском духе переносит действие в земную реальность времен «холодной войны», умело сплетая события из реальной истории с лавкрафтовской историографией. В мире «Очень холодной войны» в Чернобыле СССР работает над «проектом Кощей», переместив туда спящего Ктулху, добытого нацистами из развалин древнего города на дне Балтики. В Басре в новоотстроенном храме Йог-Сотота денно и нощно приносят человеческие жертвы, американские спецслужбы перевозят контрабанду для аферы «Иран-контрас», путешествуя по иным мирам через врата древних, а в Афганистане базы талибов уничтожаются с боевым применением шогготов.
Вообще мои ровесники и те, кто постарше, наверное, согласятся со мной, что в атмосфере реальной «холодной войны» действительно было что-то от давящего, гнетущего мрака произведений Лавкрафта. Стросс очень точно поймал эту «темную гармонию» и как нельзя лучше сыграл на ней в рассказе, сочетая быль и небыль, вполне в традиция самого первоисточника, например, ссылаясь на результаты «экспедиции Пибоди» из «программной» повести Лавкрафта «Хребты безумия», а потом рассматривая эти данные с точки зрения современных достижений науки. Гонка вооружений, мрачная напряженность реальной «холодной войны» важны для него не сами по себе, не как фрагмент политической истории, а, скорее, как один из элементов готических декораций для финального аккорда — пробуждения Ктулху.
Кстати, отдельно хочется отметить, что хотя СССР и присутствует в рассказе в качестве «империи зла» (а как иначе — ведь действие в рассказе происходид как раз в период президентства Рональда Рейгана, и по некоторым косвенным отсылкам можно даже с изрядной долей достоверности установить год — 1986-й), но он выполняет роль все той же «мрачной декорации» или даже скорее «ружья на стене», да и американским спецслужбам и политикам достается не меньше. Что, в общем-то логично: чего будут стоить все наши мелкие дрязги и разборки, если мы сдуру сумеем разбудить спавшего до поры Ктулху?..
И да, концовка рассказа — просто великолепна, пропитана настоящей, высококачественной жутью и безнадежностью, но я вам ее не расскажу, ибо принять на себя это проклятие, передающееся из уст в уста еще со времен первого издания «Некрономикона», можно лишь добровольно, и я не хочу, чтобы тень вины за это пала на мою обреченную душу… Если чувствуете в себе силы рискнуть — читайте, и не говорите, что вас не предупреждали!
Читайте также: