Я жарю курицу. Варька любит куриные ножки, поэтому я купил курицу целиком и еще четыре ножки впридачу.
На ароматы из кухни появляется Варька:-Курица, ура. А ножка у нее есть?
-Есть, даже не одна.
Варька смотрит на сковородку и считает:-Раз, два, три...шесть.
Не веря своему счастью, пересчитывает опять. Количество ног не уменьшилось. Удивленно смотрит на меня:-Это одна курица?
-Одна, только, наверное, она не обычная, помесь курицы и многоножки.
Варька в замешательстве, но количество любимых ног быстро выводит ее из ступора:-Иду руки мыть. Мне две ножки.
-И маму зови,-отвечаю я.
Мы садимся ужинать. Мам, а у курицы у нашей шесть ног, она многоножка.
-Такого не бывает,- резонно замечает мама.
-А ты посчитай,- парирует Варька.
Мама доедает ужин, говорит спасибо и недоверчиво подходит к сковородке.
-Варька, ты сколько ножек съела?
-Две,- гордо отвечает Варька, - я бы и три съела, но могу лопнуть, а фигура для женщины это важно. Корнелий тихо бурчит:-Хорошо, что я не женщина. Вопросы фигуры его тоже трогают- на кресло он запрыгивает уже не с первого раза.
Замечание про фигуру мама пропускает мимо ушей. Фигура у нашей мамы просто всем на зависть, но мама считает, что нет предела совершенству и старательно ее оттесывает.
-Одна, две,- сосчитывает мама круиные ножки на сковородке,- Варька-две, папа-одну, я-одну.
Но такого же не бывает.
-Бывает,-весело кричит Варька и убегает.
Мама пристально смотрит на меня:-Ну, признайся, не может же быть такой курицы. Ты же еще докупил ножки. У животных же сколько лап? Четыре, а тут на две больше.
И мама, гордая своей догадкой, уходит.
А я остаюсь и думаю- шестиногая курица, это нормально или ее все-таки с кем-то скрестили, с двоечником, например.