Краткое содержание первой части. Из многочисленных детских «экспириенсов» вынес я еще и такое смутно оформленное ощущение, что пирамидальный тополь – это такое «дерево Дома»...
Часть 2, 2002 год
Ну вот, значит, прошло сколько-то лет, я немножко вырос, закончил школу, потом институт, и однажды встал вопрос о приобретении собственной недвижимости. Причем надо понимать, что тогда никаких «ипотек», «программ поддержки молодых специалистов» и так далее – не было и в помине. Соответственно, денег на покупку имелось крайне мало (я же писатель, а не олигарх), но ничего.
Добрые друзья-товарищи сосватали мне молодую энергичную риэлторшу Иру, мы очертили примерно круг поисков, в обобщенном смысле – Войковская-Водный-Речной и примерно до нынешнего метро «Ховрино», а тогда это место звалось просто «круг на Дыбенко». Ну и, помолясь, приступили к делу.
За две апрельских недели мы объездили ну самые заповедные (читай – заброшенные и малобюджетные) места обозначенной локации. В принципе, хоть я и «из-за железки», но мы там в детстве на великах объездили очень много разных закоулков – но даже после этого я не представлял, что бывает и такое! В большинстве изучаемых вариантов желание возникало лишь одно: бежать и не оглядываться, скорее «развидеть» и забыть. А чуть более приемлемые «лоты» – естественно, тут же бессовестно вылезали из заданных финансовых рамок.
Ира нервничала. И с каждым «просмотром» всё сильнее. Её можно было понять, ей, оказывается, рекомендовали меня как крутого парня, чуть ли не потенциального «скоро-скоро» участника «Списка Форбс молодых холостых миллионеров», небось, и личную жизнь тоже планировала параллельно обустроить – а тут такое.
Наконец, настало время смотреть самый последний из оговоренного числа вариантов.
«Но, по-моему, там вообще полная жопа, там вообще никто не жил, могу себе представить, что там...» - так представила вариант Ирина. И мы поехали на Зеленоградскую.
Выглядела квартирка действительно не лучшим образом. Там реально за почти 7 лет с постройки дома почти не ступала нога человека, и слой пылищи на почерневшем линолеуме рождал строки из песни «На пыльных тропинках далеких планет останутся наши следы...»
Оставляя следы глубиной сантиметров в пять, мы проследовали на кухню. В щель между рассохшейся и изогнувшейся деревянной рамой окна и стеной можно было просунуть руку, но зато как раз сквозь неё весело так светило апрельское солнце.
«Окна на юг» - сообщила принимающая сторона продавца. Собственно, больше сообщить все равно было нечего, так как этим фактом все возможные достоинства данной жилплощади и исчерпывались.
«На самый, самый юг!» - поддакнул Толик (С.Довлатов, «Заповедник»)
Ну, надо же было поглядеть, раз на юг, подходим к окну, а там...
А там – да, да, как раз наши пирамидальные тополя на Клинской. Апрель, листвы еще нет, да их и так не спутаешь ни с чем.
Ух ты! Откуда?! И таким вдруг добрым чем-то повеяло из детства от этих тополей... «Домой едем!» Постоял, подумал...
«Ну ты муда-ак, - только и сказала риэлторша Ира, когда мы снова остались вдвоем, - Кто сразу-то соглашается?! Я бы с них еще долларов пятьсот скидки стрясла, а то и тыщу... ну ладно, что теперь».
Вот такая простая история. Через пару недель я стал почти полноценным жителем Зеленоградской улицы, и счастливо остаюсь им и по сей день.
Ну и тополя из окна кухни – непременно напоминают, если серо вдруг на сердце отчего-то – «Ты дома! Дома!»
Спасибо за внимание
