В тот день Нина была выходная.
Она встала, как обычно, замесила квашню. На хлеб. После подоила корову, процедила молоко, налила в бутылку с собой мужику. Остальное по четвертям и в ледник, чтобы сливки отделить.
Николай вышел во двор, вместо зарядки поколол дров, сколь было время. Собрался. Молоко да краюху хлебушка, луковку да соль в коробкé спичечном. Вот и весь немудрящий обед.
Проснулись ребята. Санька забегал, засуетился. Тоже устроил сборы. На рыбалку. Любимое развлечение.
Маша занялась завтраком. Пшённая каша да чай.
– Санька! – раздался под окошком звонкий голос, – Выходи-и!
– Ща-ас! Мам, ну, я побежал?
– Кашу-то доешь хоть.
– Да некогда уже. Вишь, ждут меня. С собой возьму и поем и на прикорм пойдет.
Он быстренько натянул сапоги, кепку и куртку. Готов. Мама, тоже по-быстрому, собрала свёрток с провизией.
– Ну, с Богом!
Снасти приготовили ещё с вечера, отец помог.
– Куда хоть идёте-то? На Сиву?
– Да, Мишка Леилин обещал новое место показать. После разлива старый плес ушел. Ну, всё, я пошел.
Санька, довольный, выскочил на улицу. Там в нетерпении ерзал его товарищ, Васька. Он был на год старше, худенький, большеносый, с темно-русым непослушным чубом, постоянно падавшем на голубые глаза.
– Ну, чё ты так долго? Все уже собрались. У колодца ждут.
И друзья весело потрусили к развилке, не обращая внимания на начинавший накрапывать дождик. Только Санька убрал свёрток под куртку и натянул капюшон. Так-то привычные ребятишки, не то что эти, городские.
Кроме Мишки у колодца было ещё двое пацанов. Оба из городских, уже совсем мужики, пятнадцати-шестнадцати лет, с пробивающейся первой растительностью на бедных лицах.
Первый – Колька Сухомесов, брат двоюродный Мишкин, крепкий парень. У него на боку висела сумка с инструментом, откуда выглядывал черенок топорика. Он там, в городе, в фазанке учился, привычный к инструменту разному. А на рыбалку как же без топора? Нужная вещь.
Второй – Пашка Квакин, ухажёр Машкин. Этот был высок, белокур и сухощав. Он нервно ёжился и позёвывал. Видно было, что затея ему не очень нравится, но не хотелось отставать от друга. Не хотелось нюней прослыть. Он держал две удочки, да торбочку, видимо с разной мелочёвкой рыбачьей.
– Ну, все, что ли? Айда! Неча время терять, – Мишка был тут за главного, хоть и двенадцать ему всего. Это было видно и по его важному виду, и по крепко надвинутой кепке, и по напускной медлительности и спокойствию.
Деревенская улица быстро кончилась. Дорога запетляла вдоль берега речушки, огибая кусты ив и черемух.
Продолжение следует...
Предыдущая глава
Познакомиться с героями можно здесь
А здесь самое начало повести.