Когда Константин Бальмонт – один из самых ярких поэтов Серебряного века – в рамках своего поэтического турне посетил Тюмень, радости наших предков-земляков не было предела. Правда, вместо любимых всеми «Я буду ждать тебя мучительно», «Хочу быть дерзким» и «Я жить не могу настоящим», поэт читал сложную и – что уж тут – не всем понятную статью о символизме.
«Прислушиваясь к музыке всех голосов Природы, первобытный ум качает их в себе. Постепенно входя в узорную многослитность, он слагает из них музыку внутреннюю, и внешне выражает ее — напевным словом, сказкой, волшебством, заклинанием…» – это строки из его лекции «Поэзия как волшебство». Звучит непривычно для обывательского уха...
Впрочем, тюменская публика всё равно приняла его тепло и радушно – уж очень долгожданный и любимый был гость.
По пути в наш город Бальмонт прямо с вокзала отправляет жене Екатерине Андреевой-Бальмонт телеграмму:
Не могу с тобой расстаться,
Катерина Черноглаз.
Дважды здесь пришлось
скитаться
И приеду в третий раз.
Я мечусь вокруг Урала,
Но еще настанет день, —
И Сибирского опала
Свет блеснет: мой путь —
в Тюмень…
«Тюмень — глухой городишко»
Известно, что Бальмонт поселился в гостинице «Россия» (сейчас там находится ресторан «Потаскуй»). Кроме того, он писал жене, что его тепло принимали в доме купца Колокольникова: «Тюмень — глухой городишко. Однако и здесь собрались слушатели и нашлись друзья, знающие меня по Москве и Парижу. Провел очаровательный вечер в изящном доме Колокольникова и чувствовал себя чуть ли не в Пасси».
Свою лекцию «король поэзии» читал в Текутьевском театре. Это был добротный каменный дом на улице Иркутской (ныне Челюскинцев) с балконом, ложами и партером, ныне, к сожалению, не сохранившийся. Сейчас на этом месте стоит жилой дом. Летом здесь, бывало, гастролировали звезды того времени – оперные певцы Владимир Касторский, Андрей Лабинский и другие. Современники отмечают, что это была самая «театральная» эпоха в истории русской культуры.
У нашей «заезжей звезды» Бальмонта осталось двоякое впечатление от Тюмени. С одной стороны, публика встречала его очень тепло, с другой – корреспонденту из Екатеринбурга Сергею Виноградову он признавался, что город показался ему населенным «какими-то троглодитами», а сама Тюмень – «тихой, отставшей, но доброжелательной провинцией». Так совпало, что как раз здесь поэт ощущал себя максимально уставшим от своего длительного российского тура.
Поэзия и козы
Впрочем, позже Бальмонт любил рассказывать и курьезную историю о тюменских «козах-бальмонистках». Дело в том, что афиши выступления поэта были расклеены по всему городу, а в качестве клея служила субстанция из муки и воды – понятное дело, не одна коза мимо такого лакомства пройти не могла. В результате были съедены все афиши с местных заборов. Бальмонт потешался: «Меня знает вся Россия, а в Тюмени даже козы – отъявленные бальмонистки!»
Несмотря на съеденные афиши, выступление поэта Бальмонта козам, к счастью, сорвать не удалось. Оно прошло при полном аншлаге.
Автор: Наталья Фатина
Фото проекта Visit Tyumen, а также из открытых источников