Звонит бывший муж. Назовем его, допустим, Сережа - чтобы всуе лишний раз не поминать.
-Я тут, - говорит, - разбираю квартиру потихоньку, нашел твой портрет, который я еще до рождения Гая нарисовал.
А, надо сказать, Сережа - он художник. Из тех, про работы которых пишут "интересный взгляд", "любопытное решение", живая колористика" и всякое такое прочее. И мне до сих пор казалось, что моих портретов он не рисовал, за что я вполне была благодарна судьбе.
- И ты на нем очень похожа, - говорит Сережа.
Я начинаю волноваться.
- Сейчас пришлю фотку, - говорит Сережа. И присылает.
- Ага, - говорю я. - Интересный взгляд, живая колористика.
- Суть твою я в любом случае ухватил верно.
- Несомненно.
- А пальто узнаешь свое немецкое?
- Вот пальто узнаю.
- Вообще все это очень передает мой тогдашний настрой, - говорит Сережа и вздыхает.
- Ну, - говорю я, - все хорошо, что хорошо кончается, правда?
- Ты про что?
- Про комбинацию моей сути и твоего настроя. Зато Гайка у нас получился прекрасный, а, значит, дело того стоило.
- И это правда, - соглашается Сережа, после чего намекает, что в завещании он, пожалуй, укажет, чтобы этот замечательный портрет передали мне, хотя я, конечно, не очень его заслужила.
Надеюсь, он проживет еще очень, очень долго.
