Евгения Платоновна всю жизнь была одна. В смысле – без родных. Сначала в детдоме маялась, потом в общежитии заводском с тремя товарками комнату делила. После сорока уже получила квартиру законную, выстраданную: не поверите – в лотерею выиграла! Это был единственный случай, когда удача улыбнулась женщине.
- Вот повезло так повезло, - открыто завидовали коллеги по работе.
– Тут всю жизнь корячишься, вкалываешь до седьмого пота – и ничего! А Женька сдуру в какую-то аферу ввязалась и надо же – не прогадала!
Евгения Платоновна с ними не спорила. А в душе ликовала. У! Нее! Своя! Квартира! Собственная!
Правда, однажды эту свою квартиру Евгения чуть не потеряла. По глупости. По бабьей жалости.
Познакомился с ней в гостях у подруги приезжий мужичок. Слово за слово, стал он за одинокой женщиной ухаживать, да так, что она сама не поняла, как не только в постели с ним оказалась, но и поселила его у себя в квартире. А мужичок-то вдруг стал просить, уговаривать, чтобы она его на своих квадратных метрах прописала.
Добрые друзья Евгении Платоновны хитрого молодца не только на чистую воду вывели, но и прогнали с глаз долой. Осталась Евгения опять одна. В своей квартире.
Евгения Платоновна одиночества не боялась, она к нему привыкла. С непонятной улыбкой выслушивала она бесконечные жалобы подруг о домашних хлопотах. Той надо мужу рубахи выстирать да погладить, другой срочно требовалась няня для младшего ребенка, третья размышляла, что приготовить на ужин, и останется ли еда на завтрак… Эти заботы Евгению не касались. Она практически не стояла у плиты, обходясь вечером творожным сырком или йогуртом, а обедать привыкла в заводской столовой. Гладить и стирать белье ей нужно было только для себя. Няня ей не требовалась. «Дурочки, - думала она, разглядывая других женщин, обремененных мужьями и детьми, - сколько всего на себя навязали!»
Но с годами Евгения Платоновна стала тяготиться своей свободой. Не свобода это, а одиночество – поняла она. И в один прекрасный (или ужасный) день ей сделалось по-настоящему страшно. В тот день, когда она ушла на пенсию.
Чем занять себя на пенсии? Внуков у женщины не было, как и детей. Сада-огорода она не держала. Но не сидеть же сиднем целый день в четырех стенах, в окно пялясь, - так и с ума сойти можно! Евгения Платоновна боролась со скукой как могла. Записалась в библиотеку, пристрастилась к сериалам, научилась вязать… Словом, делала все, чего никогда бы не стала делать в прежней, допенсионной жизни. Она даже собачонку маленькую завела, чтобы было за кем ухаживать и с кем гулять! И все-таки страдала от одиночества. Грешным делом, даже мужичонку того непутевого вспомнила, вот, мол, прогнала тогда, а, если бы приголубила, может, и не маялась сейчас…
Все изменилось в одночасье. Когда соседский мальчишка, разругавшись в пух и прах со своей девчонкой, предложил Евгении Платоновне билеты в кино:
- Мне они не нужны, а вы хоть фильм посмотрите, говорят, интересный, - пояснил паренек.
- Да куда же ты мне два-то билета суешь, - удивлялась Евгения Платоновна, - я ведь одна…
- Ничего, вдруг кому-нибудь пригодятся, - махнул рукой мальчик.
В кино Евгения Платоновна пошла, принарядившись, все-таки как-никак «выход в свет»!
А судьба ждала ее на пороге кинотеатра. Какой-то седовласый мужчина, не успевший вовремя взять в кассе билет, поинтересовался у проходившей мимо Евгении Платоновны, нет ли у нее лишнего билетика.
- Конечно, есть, - улыбнулась она.
Он улыбнулся в ответ. И тут Евгению Платоновну озарило – да это же ее одноклассник, Борис Фролов, с которым она не виделась лет сорок!
- Борька! Ты?!
Он ахнул, закружил ее, обняв, в восторге, забыв про возраст. Наверное, со стороны эта пожилая пара выглядела забавно, но и Борису Петровичу, и Евгении Платоновне было все равно, что думают окружающие.
После киносеанса бывшие одноклассники отправились гулять по городу, потом зашли в кафе. Евгения уже знала, что Борис – вдовец, три года назад похоронил жену, а сын его уехал на местожительство в Америку. В город детства Борис Петрович приехал к девяностолетней тетке, которая захотела составить завещание на племянника и потребовала его присутствия при этом важном событии.
- А где ты остановился? У тетки? – спросила Евгения.
- В гостинице, - усмехнулся Борис. – Тетка хоть и хочет мне завещать часть своих хором, но жить к себе пока не пускает. Да и дочь ее на меня волком смотрит…
- А поехали ко мне? – предложила вдруг Евгения Платоновна. – Я одна живу…Не стесню, да и веселее будет.
- Какое счастье, что я тебя встретил! – воскликнул Борис Петрович. – Значит, у нас еще есть время, чтобы наговориться…
… Через полгода Борис Петрович и Евгения Платоновна переехали в просторную квартиру Бориса, а «однушку» решили пока сдавать.