Непонятное беспокойство сдавило ему грудь, Глор почувствовал, как к горлу прилила кровь. Он нахмурился, и кашель застрял у него в горле.
Мулат остановился рядом, и Глор приподнял голову, чтобы рассмотреть его лицо. Негр стоял спокойно, крепко сжав в левой руке короткий копье. На его щеках блестели капельки пота. Он был выше Глора, но руки у него были тонкие и какие-то детские. Его темно-коричневые волосы так коротко пострижены, что торчат во все стороны, а уши совсем маленькие. Лоб пересекает широкий шрам.
— Кто ты такой? — спросил Глор.
Бывший раб поднял голову и посмотрел ему прямо в глаза. Его лицо было мрачно, как у человека, который не может ответить ни на один вопрос.
Глор подобрал губы и сдвинул брови в одну линию. В висках у него застучало, в груди что-то громко заныло, но это была не боль. Это было отчаяние.
Мулл набрал в грудь побольше воздуха и тихо, но твердо сказал:
— Я мулат, Глория. Я принадлежу к племени карибов, что на Юкатане. Я не мог уснуть прошлой ночью, потому что был очень несчастен. Я долго сидел и думал. Я решил посмотреть на звезды. Ты когда-нибудь видел звезды, Глом?
Глору показалось, что звезды стали ближе, но, может быть, это ему только показалось.
Присмиревший мальчик испуганно смотрел на мулата. Он не собирался говорить ни слова, но сейчас не выдержал и, упав на колени, уткнулся лицом в жесткую землю. Мулат вынул из ножен на поясе нож, надрезал себе ладонь и смазал ее кровью Глора. Потом он встал, и снова стало тихо.
В прохладной тьме южной ночи забрезжили первые робкие звезды, и до Глора донесся приятный запах надвигающейся весны.
Он взглянул на муллу и увидел, что тот улыбается.
«А ведь это мой самый первый, — подумал Глор, — самый первый ученик».