Птички. Они меня не могу отпустить. Вчера, сидели у соседки, пили кофе, разговаривали о детях, и снова я вспомнила о поисках. Мертвых птичках. Моя дочка играла только в мертвых птичек. Все птички болели и потом умирали. Два года подряд она играла только в это. Все игрушки которые у нас были, сначала болели, а потом умирали. Я сбегала от всего этого кошмара на работу. Я перестала играл со своей дочкой. Я разучилась это делать. И не научилась вновь. Я не умею играть с детьми. И меня раздражает необходимость этого. Чувство вины давит. Но я всё равно не умею и не люблю играть с детьми. Меня хватает минут на пять не больше. Вот такой парадокс. Я готова отдавать свои чувства, свое время, кому угодно. Но не своим детям. Я даю мало им. Я убегаю от этого. Сейчас, разбираясь в этом. Я понимаю, что это страх. Страх потери. Терять чужого человека не страшно и не больно. Терять своего, родного, невозможно. И лучше не привязываться и не любить. Чтобы не болело потом. Потому что дети умирают. Тол