Возможно, вы встречались с такими людьми. А может, именно вы — такой человек. Какой? Человек, которому всегда нормально.
Такой человек не любит обозначать границы, не заявляет о своих потребностях, до последнего терпит, не сообщая о том, что что-то идёт не так, что кто-то делает ему больно, иногда даже не сразу замечает и осознаёт дискомфорт. Даже если такого человека прямо спрашивают о том, как ему то или другое действие, он не сообщит, что не так. Даже если такому человеку предоставить выбор, где один из вариантов для него более предпочтителен, человек легко откажется. Чтобы быть удобным. Чтобы его выбор не ущемил другого. Чтобы другие считали хорошим.
Я как-то приводила пример с походом в кино. Обычно я хожу в кино на мультфильмы. С кем-то из детей. Изредка — одна. Мой график довольно специфичен: в то время, когда все мои друзья-приятели освобождаются от работы, я занята. Я могу пойти в кино утром в будни, могу — на последний, уже ночной, сеанс, а вот в выходные днём или в будни вечером — никак. К тому же, фильмы, на которые мне реально хочется сходить, выходят довольно редко. Таким образом поход в кино с кем-то из друзей превращается для меня в целое большое событие.
Удовольствие от возможности разделить впечатления и просто провести время в кинотеатре с другим взрослым перекрывает всё остальное. Я готова ради такого идти на компромиссы в выборе места, попкорна, планов на время по завершении сеанса...
И вот как-то раз я разместила у себя на странице в соцсети предложение сходить в кино. В конкретный день, в конкретное время, на конкретный фильм. Откликов не ожидала. Одна подруга поддержала идею.
И вот мы обсуждаем детали. Решили, что билеты покупаю заранее я. Я уточняю, какой ряд предпочтителен. «Любой. Это не имеет значения», — получаю я ответ.
И вот я заказываю билеты. Выбираю места. Мне, вроде как, дали карт-бланш на выбор. А я люблю первый ряд. Если иду одна, всегда сижу в первом ряду. Вот и сейчас оплачиваю два места впереди.
Разочарование, которое читалось на лице и в интонациях подруги, когда мы вошли в зал и я сообщила, где мы будем сидеть, было красочным. То есть она, конечно, делегировала мне выбор, но с ожиданием, что выбор этот непременно совпадёт с её предпочтениями. Я себя в этот момент тоже ощутила неуютно. Доставила человеку неудобства, хотя мне было непринципиально, откуда смотреть.
Ситуация разрешилась довольно легко. В последнем ряду было два свободных мест, которые мы и заняли.
Это пример с походом в кино мне видится весьма показательным. Один человек не готов выбирать и обозначать границы и потребности. Он делегируют выбор. То, что выбирает другой, не совпадает с ожиданиями делегирующего. В итоге один оказывается жертвой, а второй — мучителем.
Часто такое происходит в компаниях. Когда решают, какое блюдо заказать на всех, и один ест то, что не любит, или не ест, вместо того, чтобы прояснить ситуацию и, как вариант, заказать себе отдельно. Когда все обсуждают тему, от которой один далёк. Когда все начинают травить анекдоты о блондинках, уточнив, нормально ли это блондинкам в компании, и одна чувствует дискомфорт, но молчит. Когда человека спрашивают, что ему подарить, а человек сначала отвечает, что будет рад чему угодно, а потом выясняется, что гигантский плюшевый символ года за пятнадцать тысяч не входит в это «что угодно».
Казалось бы, человек не обозначает границы и не сообщает о своих потребностях из желания быть удобным, остаться в стае, из страха быть отвергнутым, став более заметным и неудобным. Но эффект в результате получается обратным.
Общаться с человеком без границ тяжело. Всё время рискуешь сделать что-то не так. Сделать больно. Оказаться в роли тирана, который заставляет другого делать то, что делать не хочется.
Если ты не знаешь, где другому больно, а где нормально и приятно, приходится действовать наобум. И тут от тебя требуется в разы больше осторожности, что сложно и забирает много энергии. Но даже максимальная бережность и аккуратность не гарантирует, что другому не будет больно. Быть источником чужойсболи неприятно.
В итоге человека без границ либо избегают, из нежелания ощущать вину за его боль, либо ведут себя с ним, как с обычным человеком, не беря на себя всю ответственность за его комфорт, тогда боль копится и человек сам однажды уходит от тех, с кем больно. Желание быть принятым, быть в стае, не быть отвергнутым, не удовлетворяется. Скорее, наоборот.
Кроме того, человек, которому, вроде бы, всегда нормально, совершает вечный подвиг самоотречения, якобы во имя других. За подвиг же ожидается плата. Как минимум, в виде признания. А лучше — в виде ответных подвигов.
Если ты постоянно отказываешься от своих потребностей и позволяет нарушать свои границы ради отношениц с другими, то и тебе можно нарушать чужие границы и требовать от других забыть о потребностях. Это обратная сторона.
Иногда такое поведение распространяется на всё, а иногда сложности возникают преимущественно в одной сфере, где больше всего хочется быть принятым и удобным. Например, мать не сообщает ребёнку о своих границах. Например, муж много лет подряд нахваливает стряпню жены, которую ест через силу. Например, собираясь куда-то с друзьями, ты постоянно делегируешь им право выбора места, времени и всего остального. Например, на работе ты не можешь заявить о том, что не готов бесплатно делать работу за других на постоянной основе. Например, ты никогда не говоришь родителям о том, что они делают что-то не так... Если сообщать, это не значит, что твои интересы будут непременно учитывать. В конце концов, конфликт интересов никто не отменял. Но, по крайней мере, люди не будут взаимодействовать с тобой вслепую, если они и будут ощущать вину, то обоснованную. Если тебе будут регулярно делать больно, ты будешь делать выводы не на основе своих фантазий о том, что другой садист и тиран.
Лично мне помогают не проваливаться в такое поведение воспоминания о том, как я себя чувствую с теми, кому всё и всегда нормально. То есть помогает поставить себя на место другого. Например, вспомнить случай в кино. Или другой, когда я ощущала вину, злость на того, из-за кого я чувствую себя виноватой, и целый спектр других чувств.
Общаясь с теми, кому всегда нормально, я могу попытаться донести свои ощущения. Рассказать, как оно мне. Не всегда помогает.
Такие дела.
