Глаза как у лисы. Искринка загорается в зрачке. Её шаг плавный и практически бесшумен. Она как обтекаемое облако проникает в помещение. Стараясь быть совершенно незаметной. Ещё шаг и она в комнате старших братьев. Молниеносно падает игрушка, все она застолбила точку, где будет играть.
Примерно так скрытно и тактично младшая дочь пробирается в комнату старших братьев. Хотелось бы заметить в большой разнице в возрасте более 18 лет. Не знаю, но почему-то эту комнату она любит больше всего. Она обожает тайком пробираться сюда. Ведь здесь все такое взрослое и большое. Как будто лилипут попал к Гулливеру.
Чтобы было понятно, старшему сыну двадцать лет, среднему, или как мы его всегда называем, младшенький сынок, девятнадцать. Дочери два с половиной года. Вот так получилось.
Конечно сейчас сыновья на учебе в ВУЗах других городов, но их вещи и обстановка неизменна находится в комнате. Сейчас здесь обычно живу я. Тут пишу, смотрю и работаю.
Не знаю, что дочь тянет в эту комнату как магнит, но глядя на нее вспоминаю себя в детстве. Не понимал, почему мне нельзя было лазить в комнате моего дяди, который был меня старше лет на десять.
Дело было в Узбекистане. Бабушка с дедушкой ждали меня каждый год на летние каникулы. Разумеется я приезжал с родителями. Хотя последние пару лет летал сам. Родители садили в самолет, а родные уже встречала в Ташкенте.
Хотя был один раз, что меня не встретили. Тогда долго не думая о последствиях, сам нашел такси и доехал до бабушкиного дома. Причем точного адреса я не знал, так пальцем тыкал наугад и попал.
Но суть не в том. Просто интересно как гены передались от меня дочери. Я ведь тоже любил, да что любил, обожал залезть в комнату моего дяди. Мог часами рассматривать плакаты на стенах.
Знал практически всех из Битлз, Роллинг-Стоунс и Смоки. Дядя любил слушать зарубежную музыку. Для этого у него был огромный бобинный магнитофон и студийные колонки. Это было что-то чудесное, когда он включал магнитофон. Правда позже его уже включал и я сам. Именно здесь я услышал Антона Токарева и Ласковый бык, первые альбомы Александра Новикова и Михаила Шуфутинского.
Но самым сумасшедшее для меня, было залезть в дядины лыжные ботинки.
В дальнем углу стояли большие, широкие горные лыжи. Хотя я и вырос на севере и каждую зиму занимался физкультурой на лыжах, но таких здоровенных и мощных я не видел. Мне тогда казалось, что они металлические.
На них в креплениях, торчали ботинки. Разумеется я знал, что при определенных условиях, ботинки должно откидывать от лыж, чтобы не травмировать лыжника. Но как это работает я так и не разобрался.
Залазив в ботинки, я представлял как спускаюсь на лыжах по высоченным склонам гор, Бельдерсая или Чимгана. Разумеется наклонялся вправо, лево и падал. Но лыжи ни разу не отстегнулись.
Потом любил смотреть армейский альбом. Дядя проходил службу в ГСВГ, что значит группа Советских войск в Германии. К тому-же его дембельский альбом был оформлен как положено, с рисунками на кальке. Это было реальное произведение искусства.
Ещё немного покопавшись в коробочке с лампами и диодами, я спокойно возвращался в комнату, где уже сидели дед и бабушка. А на утро опять, в тайную миссию по проникновению в секретный штаб шпионов. Вот как я обожал эти путешествия.
По вечерам конечно приходил дядя. Ворчал на меня, что я опять насорил у него в комнате и излазил все углы. Но мне было уже все равно, ведь я знал, что все тайное становится явным, а все секреты, рано или поздно раскроются.
Вот смотрю я на дочь и думаю, а что её ждет в жизни. Какие тайные комнаты и приключения. Может быть она станет известной спортсменкой, к примеру по горным лыжам, а почему-бы и нет.
Как вы думаете? Напишите в комментариях? Буду ждать ваших ответов.
И не забудьте подписаться на канал.