Когда я была маленькой, то думала, что вырасту, рожу дочку и назову ее Анжелой. Или Абрикатин, как эльфийскую принцессу из детского мультика. И я сама не прочь была заделаться той Анжелой, потому что имя у меня было странное - Даша. Про Даш не было ни песен, ни фильмов. Такая антигероиня.
В школе быть Дашей меня тоже не устраивало, хотелось, почему-то, быть пятой Юлей или третьей Наташей. Казалось, что это очень забавно, когда у кого-то такое же имя, как у тебя. А другую Дашу я впервые встретила только лет в 12. Потом я знала много Даш, но все они были младше. Был такой Дашевый пик в девяностых, а я родилась в 86, на пике Юль и Ир.
Потом я знала, что у меня будет сын и звать его будут Михаил. Годам к двадцати страсть к вычурным именам у меня отпала, а еще я слышала от друзей, что быть восьмым Сашей в классе не очень удобно. Тогда на пятки многочисленным Данилам, эху культового фильма, стали наступать Елисеи с Марками. И я для себя решила, что имя у ребенка должно быть простое, но не попсовое. Тот же Михаил. Или Павел.
Когда, наконец, к выбору имени мы уже с мужем подошли вплотную, выяснилось следующее. Во-первых, фамилия у ребенка будет из четырех букв. Во-вторых, отчество будет Артурович (в том, что не Артуровна, я почему-то была уверена). Поэтому, имя должно быть еще проще простого. И без буквы "р" (ее целых две в отчестве, да и муж немного картавит). И без буквы "с" (я немного шепелявлю). Ну, понимаете, этот огромный выбор))).
Еще до моей беременности имя Михаил стало очень популярным. Какой ребенок не родится - тот Миша.
Поэтому когда одна моя подруга армянских кровей спросила, как бы я назвала своего сына, я ответила: "Павел". На что она засмеялась, мол, только хотела сказать, вот кто такими дурацкими именами детей называет. Ну как бы мы. Ее племянницу назвали Ариэллой. Когда я спросила, как будут звать ее братика - Себастьян или Флаундером, со мной не разговаривали неделю.
Вообще, муж хотел, чтобы сына звали Густав. Немецкие корни, все дела. Но я сказала, что Густава у меня не будет, что Густав - выше моих сил. Тогда муж предложил Георгия. "И как ты его будешь звать?" - спросила я. - "Великолепный Гоша?" (помните же такой мультик?). Георг, говорит. Георг!
После родов я лежала на кушетке и хихикала с девчонками-ординаторами. Они меня шили, я ловила приход от отсутствия боли и говорила, что хочу кока-колы. Может, что-то добавили мне в эпидуралку, чтобы я перестала просить меня убить, не знаю. Девчонки спросили, как назовем сына. "Муж хочет Георгий", - сказала я, - "А я хочу Павел". "Павел Артурович", - одобрительно закивали они, - "Звучит, как имя директора фабрики". Не знаю, про какую фабрику они говорили. Может, про фабрику звезд. Будущий директор в это время истошно пищал, завернутый в клетчатое одеяло. "Пусть будет, как директор", - решила я.
Все знакомые Паши были моими ровесниками. Каково же было мое удивление, когда мы приехали в гости к моим родителям в Омск, и в двух дворах я насчитала шесть Паш, рожденных в 2018! Так как я была всего лишь в гостях, и вообще, жила в другом городе, я, конечно, не расстроилась, но удивилась знатно. Шесть маленьких Паш на триста квадратных метров! Теоритически, они все могли попасть в один класс, вот тебе и чей-то кошмар. Интересно, выбирали ли их мамы специально непопулярное имя, чтобы отличиться? Довыбирались).
Но больше маленьких Паш я пока не встречала. В детсадовской группе у сына три Дани - все стабильно, сила в правде. Для того, чтобы на площадках отличать Софий, их называют Соня, Софа и Софья. Пару маленьких Марков я мысленно зову Марк Аврелий и Марк Твен, чтобы тоже различать.
А вообще, я поняла, что в имя ребенка каждый вкладывает свою боль. Десятая Маша в классе называет дочь Августой-Клементиной. Белая ворона зовет дочку Машей, чтобы у той не было материных проблем. Или, наоборот - Дейнерис, чтобы в очередной раз подтвердить свою беловоронность. А у детей будет своя боль. Может, они эти имена примут, а может, нет. В конце концов, всегда можно поменять, и Маша станет Дейнерис, а Дейнерис - Машей. А девочка будет та же самая.
Это я к тому, что муки выбора имени, отстаивание этого имени перед другими часто не стоят потраченного времени. На мой взгляд, имя не несет какого-то особенного кода в человеке, не делает его этим человеком. Когда-то мне нравилось имя Денис, потому что все знакомые Денисы были крутыми ребятами. Потом в моей жизни появился другой Денис - редкостное чмо и паскуда. Имя сначала несло положительную энергетику, потом - отрицательную, а сейчас не несет никакой, потому что никаких Денисов в моем окружении давным-давно нет. У мужа какие-то ужасные личные ассоциации с именем Игорь, у меня - с Ириной, но это только наши проблемы, и есть прекрасные Игори и чудесные Иры. Потому что не имя делает человека, а человек - имя.
Но это и без меня все знают.
А как вы выбирали имя для малыша? В магию имен верите?
Лайк и подписка на канал заставляют мои пальцы веселее стучать по клавиатуре))