Нашей первой номинантке на Нобелевскую премию по литературе 6 июня исполняется 180 лет. Представляем интересные факты из ее жизни.
- Могла передать «звуковой привет» самому Томасу Эдисону, но струсила
Пришел однажды в дом к знаменитой писательнице человек с фонографом – устройством для записывания голоса, изобретенным Томасом Эдисоном в 1877 году. Собирал голоса знаменитостей, хотел записать для Эдисона в числе прочих и привет от Элизы Ожешко. Однако не удалось: сначала она перед аппаратом скукожилась, потом долго не могла откашляться, потом вдруг начала заикаться. Страх перед техникой был так силен, что слова застревали в горле. Кстати, и кинематограф Элиза Ожешко не жаловала. А вот телефон одобрила. Это изобретение появилось в ее доме в феврале 1909-го, когда жить ей оставалось чуть больше года.
2. Глаза меняли цвет в зависимости от освещения и настроения
Многие, кто вспоминал внешность Элизы Ожешко, описывали не только бумажно-белую кожу лица с тонкими синими пульсирующими жилками, но и эту способность «зеркала ее души». Такие же удивительные глаза писательница подарила одной своей героине: в повести «В клетке» Клотильда Варская, объясняя, почему ее называют Хамелеоном, рассказывает, как знакомые спорят о цвете ее глаз: черные, карие, серые, зеленые? «Согласились, что глаза мои не имеют постоянного цвета», – говорит героиня.
3. Не любила лето
«Мое время – с октября до апреля», – писала Элиза Ожешко. Причина нелюбви к теплому времени года – серьезные проблемы с сердцем, приводящие в жару к мучительной одышке и даже удушью. Прячась от гродненской «африканской жары», на лето писательница поселялась в какой-нибудь арендованной усадьбе на Гродненщине и не покидала ее до середины осени. Вдохновение и работоспособность приходили к ней в холодное время, и это понятно: когда чувствуешь себя хорошо, то и пишется хорошо. Однако вот парадокс: роман «Над Нёманом», за который Элиза Ожешко чуть было не получила Нобелевскую премию, вызрел и на треть был написан именно летом.
4. Первое эротическое переживание испытала в монастыре
В возрасте от 10 до 15 лет Элиза, тогда еще Павловская, училась в пансионе для девочек при монастыре сестер сакраменток в Варшаве. Однажды, читая повесть «Раздел» модного тогда писателя Юзефа Коженевского, влюбилась в его героя – юношу с красивым мужественным лицом, пышными пшеничными усиками, густыми русыми волосами и голубыми глазами под темными бровями. Этот образ сыграл фатальную роль, когда руку и сердце ей предложил Петр Ожешко. Он был вдвое старше ее и совершенно не подходил ей по духу, зато имел пшеничные усы, густые русые волосы и голубые глаза. Брак оказался несчастливым и был расторгнут. А ведь кроме Петра Ожешко сватались к Элизе Павловской и брат подружки Генрик Буковецкий, и граф О’Бриен де Ласи, и другие «господа Х, Y, Z».
5. Одевалась у Герсе
Ателье Богуслава Герсе располагалось в Варшаве на улице Маршалковской, в доме 130, и было тогда самым модным. Не только писательница там одевалась, но и ее героини. «Разве женщина, которая одевается у Herse, может быть чучелом?» – обиженно говорит пани Идалия из романа «Дикарка» (который, кстати, недавно был переведен и специально к юбилею писательницы готовится выйти в издательстве «Голиафы»). «Если б вы только видели, какое славное на мне сейчас новое платье! Ткань от Герсе», – кокетливо пишет 67-летняя Элиза Ожешко молодому приятелю Тадеушу Бохвицу. Модный дом Herse существует в Варшаве по сей день. Кстати, писательница любила платья «мудреные»: с лентами, рюшами, тесемками и прочими украшениями. А цвета предпочитала неяркие: серый, бежевый, оливковый… Но самым любимым был фиолетовый.
Текст: Светлана Вотинова