Вернувшись из армии, в смену ни разу не выходил. Приехал на четвёртый наряд и прошёл в нарядную седьмого. Поздоровался с присутствующими, из знакомых только Антанас Утманас (чтобы не ломать язык, все называли Антоном).
Начальник участка раздавал наряд, по монтажу новой лавы, конкретизируя, кто чем будет заниматься. В смену устанавливали две, три новых секции. Всего секций должно было быть около ста сорока, половина уже была установлена. Но они не были подключены к масло-станции. Требовалось сделать полную разводку шлангов и запитать каждую секцию.
- Вы гидравлик? – обратился ко мне начальник участка.
- Гидравлик.
- Сколько секций можете за смену подключить?
- Какой комплекс собираем?
- ОКП – начальник участка внимательно смотрел на меня.
- Тридцать, сорок минут на секцию.
- Вы работали с таким комплексом?
- Нет, я работал с более сложными – улыбнулся, вспомнив ВДНХ в восемьдесят седьмом.
Начальник участка внимательно смотрел на меня, это было и понятно, сидит молодой рабочий и говорит, что знает более сложные системы. Антанас внимательно следил за нашим разговором и не вмешивался.
- Значит, вы можете подключить, девять, десять секций за смену?
- Могу, условия-то идеальные, секции в монтажной камере, мне только нужен инструмент и шланги различных размеров и в должном количестве.
- Инструментом вас снабдят. Что ж посмотрим, на что вы способны.
На перекуре в бане подсел Антанас.
- Макс, ты начальника удивил.
- Антон, чем?
- Он думал, Воропаев скинул балласт, как обычно бывает, а ты задав один вопрос, понял, что тебе предстоит делать. Теперь впечатли начальника.
- Антон, спасибо! Спустимся, по месту посмотрим, смогу удивить или как. Ты ж знаешь, идеально все не бывает.
В трамвае резались в карты с переменным успехом. Пришли под лаву, на верхнем штреке стояли платформы с десятком новых секций, на затяжках развешаны шланги различной длины.
Монтажная камера, это деревянная конструкция, смонтированная в угольном пласту. Почва, кровля и забут (часть пространства за секцией, со стороны защиты от просыпания породы) зашиты деревянной доской, со стороны пласта лаву зашивают через большие промежутки. Кровлю удерживают деревянные стойки, как перед секциями, так и за ними, частично их снимают только по мере надобности, когда втаскивают очередную секцию. На верхнем штреке установлена лебёдка, с помощью которой секции затаскиваются в лаву. Монтаж комплекса начинается всегда снизу. Смонтировав чуть больше половины лавы, монтаж перемещается на верхний штрек и секции начинают опускать сверху вниз. На нижнем штреке в это время начинают монтаж горнодобывающего комбайна и приводов конвейера.
Прошёл, осмотрел хозяйство, тройной (высота от почвы до кровли метр восемьдесят, до двух метров сорока сантиметров) пласт это сила, ходишь в полный рост. Все секции в транспортном положении, рештаки конвейера установлены, лоток кабелеукладчика смонтирован. Масляная магистраль в лаве только монтируется, следовательно, проверить работоспособность секции возможности нет, это плохо. На нижнем штреке масло-станция (маслёнка) установлена и проброшен трубопровод от неё, и гибкая магистраль заведена в лаву.
- Антон, когда маслёнку подключат?
- Планировали, когда все секции в лаве будут.
- Не пойдёт. Я подключать что буду? Секцию проверить сразу надо.
- Твои предложения?
- Магистраль протянута вдоль установленных секций, глушим на последней установленной, я подключаю и настраиваю секции, только покажешь какие положения БУСа (блок управления секцией) вам привычней.
- Давай сегодня секции на пятнадцатой магистраль заглушим, тебе на сегодня хватит, а дальше видно будет.
На том и порешили, Антон изложил горному и тот согласился, что так будет эффективнее, направил двух слесарей быстро заглушить магистраль.
Пока подключал шланги на двух секциях, мужики установили заглушки и включили маслёнку. Подключил первую секцию к магистрали и разжал. Все работает. Мимо пробегал Антон, улыбнулся и легонько хлопнул меня по каске. До конца смены сумел подключить и поднять десяток секций, устал, но был доволен. Горный передал на наряд, что подключаем секции сразу к магистрали и поднимаем их в камере. Начальство было довольно.
На трамвай шли уставшие, ребята сумели затащить и установить четыре секции. Подвезли комбайн и приводы конвейера, следующая смена будет устанавливать разобранный комбайн на направляющие и состыковывать его. Такими темпами за пару недель лава будет готова к работе, и можно будет опробовать выезд из монтажной камеры.
Выехав на гора, сидели в бане и курили, подсел горный.
- Максим, я, когда на наряд звонил, начальнику сказал, что идея с маслёнкой твоя.
- И на хрена ты ему это сказал?
- Ну, она ведь действительно твоя. Антон сказал, ты раньше с ребятами на четвёртом работал горным.
- Было дело, но давно – вздохнул я.
- Так переходи к нам, что ты там на двенадцатом.
- Сложно все это…
После бани спустился на первый этаж и пошёл к Сенче. Постучал и открыл дверь.
- Доброе утро!
- Привет! Вот ты задал задачку.
- В смысле?
- Алексеенко звонил… - Сенча посмотрел на меня.
- Ты ж женился на днях, значит, попадаешь под закон о молодой семье. По закону тоже имеешь право на получение жилья по государственной программе, вот только такой очереди на шахте нет.
Стою, молчу, да и что говорить, когда не знаю, что Алексеенко говорил Сенче.
- В общем, так, очередь я нарисовал, ты в ней первый – улыбающийся Игорь Александрович смотрел на меня.
- Сейчас у меня три квартиры: в одну можно зайти через полгода; во вторую надо вложить море денег, она после пожара; в третью получай ордер, заходи, делай ремонт и живи. Что выбираешь?
- Последний вариант – улыбнулся я.
- Через полгода будет в новом доме, а эта в четырехэтажке на Красных Зорь.
- Беру Красных Зорь.
Сенча кинул на стол ключи и выписал бумагу, по которой в Поссовете получу ордер на квартиру.
- Макс, пожалуйста, отстань от меня с жильём на ближайшие лет пять – улыбаясь, произнёс Сенча.
- Игорь Александрович, спасибо большое, это прям подарок на свадьбу!
- Покровителей своих благодари и батьку.
Вышел из кабинета радостный - охренеть, собственная квартира. Приехал на посёлок и пошёл на Красных Зорь, смотреть квартиру. Четвёртый этаж, открыл дверь и вошёл. Небольшая прихожая, слева совмещённый санузел, далее широкий проход в комнату и кухню. Конечно, требуется ремонт и нужна мебель, но это все мелочь, постепенно решим. Забежал в Поссовет, отдал бумагу, получил ордер и в ЖЭК, там ордер забрали и велели зайти завтра за расчётными книжками, на свет и коммуналку.
Пришёл домой и решил, что Вике и Маме говорить ничего не буду, надо с отцом посоветоваться.
- Ты весь светишься – целуя, произнесла Вика.
- На работе все было просто отлично!
- Это хорошо! Люблю, когда ты такой с работы приходишь. А чего задержался?
- Автобуса долго не было, пешком с мужиками шли.
Мама смотрела с интересом и улыбалась, но молчала, её провести сложно, у неё стаж жены большой.
Вика накормила, и пошёл спать, все же ночная смена, проспал до вечера.
Отец вернулся с работы. За ужином поговорили за работу, рассказал за новую лаву седьмого. Вышли покурить.
- Ты чего такой радостный, рассказывай – засмеялся отец.
- Пап, квартиру дали – достал из кармана штанов ключи и показал отцу.
- Так быстро?
Кратко рассказал, про разговор с Сенчей, отец только головой покачал.
- Ты там по своим каналам, хороший алкоголь достать сможешь?
- Да без вопросов, только до города доехать надо.
- Вот и сходишь в объединение, передашь Алексеенко и Газизову, ну ты сам знаешь чего ещё добавить.
- Пап все сделаю.
- Нашим женщинам ничего не говорим, потихоньку ремонт сделаем, пусть сюрприз будет.
- Мама догадывается, что я чего-то недоговариваю.
- Это я решу, объясню, что ты рад, что со своими работаешь. Ты главное сиять перестань.
Все готовились спать, а я поехал на наряд, ночная смена.