Продолжение рассказа о практике студентов МАИ на заводе "Рассвет". На этот раз читатель "Московских историй" Сергей Проскурин перестает ходить вокруг да около - по Пресне, а оказывается прямо в Столярном переулке, 3.
Завод «Рассвет» имел долгую историю и первоначально был построен под мастерские товарищества "Мюр и Мерилиз". В 1928 году его передали французскому авиаконструктору Полю Ришару для строительства гидросамолета. А в октябре того же года сюда начальником конструкторской бригады Всесоюзного авиаобъединения был назначен Сергей Павлович Королев.
В наше время на заводе выпускались гидроусилители для подводных лодок и вертолетов. Во всяком случае, так нам рассказывали руководители нашей практики. Помимо этого, как положено, завод выпускал в качестве продукции народного потребления металлические настенные вешалки для одежды и шляп. Я был распределен на производство заготовок для этих вешалок.
Работа была нехитрая: берешь длинную стальную трубку и разрезаешь ее на несколько коротких. Эта несложная операция производилась на станке, в обиходе называемом "наждак". После определенного количества разрезов отрезной круг стачивался. Его надо было менять. Расценки на работу были очень низкими, и никто из рабочих особым желанием ее выполнять не горел. Спасали студенты.
Молодого запала в нас было много, и мы со сменщиком, студентом из 4-й группы, устроили соревнование - кто больше трубок нарежет за смену. Норма была 600 штук. Поначалу я даже норму не делал. Но сменщик завел меня этим соревнованием.
Как-то подходит ко мне и говорит:
- А я сегодня 800 штук отпилил!
- Ничего себе! - удивился я. - И как же это у тебя получилось?
- Да я решил сразу по две трубки резать, - похвастался он.
Трудовой почин был сразу подхвачен. Действительно получалось быстрее. А если брать сразу по три трубки? Далее последовал уже мой рекорд - 950 трубок. Сменщик тоже не остановился на достигнутом. И так, соревнуясь друг с другом, мы догнали нашу производительность до 1550 трубок за смену, то есть более чем в два раза перекрыли норму!
В конце месячной практики мы рассчитывали на двойной оклад. Однако начальник цеха быстро лишил нас иллюзий: он вдвое понизил расценки, и все наши трудовые достижения свелись к положенным 5% превышения плана.
- Как же так? - возмутились мы. - Ведь нельзя же менять расценки задним числом!
- Знаете что, ребята, - устало ответил нам начальник, - все можно! Вы порезвились здесь месяц, и больше никогда сюда не вернетесь. А мне после вас расценки срежут. Как мне потом на эту работу взрослых мужиков ставить, которым семью кормить?! Что они тогда на ней заработают?
Так мы получили урок социалистической экономики. Главное - не перенапрягаться!
Нельзя сказать, что практика была совсем уж бесполезной. Нам показали завод, поводили по разным цехам. Мы побывали в конструкторско-технологическом бюро, увидели, как разрабатываются и используются технологические карты. Еще я узнал запах "наждака" при резке металла и запах эмульсии в цехе металлообработки, от которого меня выворачивало так, что я выбегал на улицу глотнуть свежего воздуха.
На этой практике я понял, что на завод я никогда не пойду.
Еще о студенческой жизни Сергея Проскурина: "Добраться без денег на четырех электричках", "ПНИ - любимая пивная студентов трех институтов".