— Ронни, Ронни, ты слышал? Ты уже слушаешь? Я звонил, ты почему?.. — бледный молодой человек тыкал рукой в черной перчатке по сияющей белой панели у двери. — Это просто конец света, точнее...
— Переобуйся, Хайк, в шлюзовой камере, сначала. На черном коврике, пожалуйста.
— Ты вообще серьезно? Ты и всадников апокалипсиса будешь так же встречать?
— Я попрошу их показать иммунопрофиль. И слезть с коней. Что ты орешь?
— Ты не слышал? — Хайк был счастлив. Ему предстояло произвести здесь небывалый эффект первым.
— Не слышал. Выборы опять перенесли?Отменили?
— Это #Фебус , Рон. Они нашлись. Они живы. Они будут здесь через несколько месяцев.
— Пошел ты знаешь куда, дурак. Если бы ты не был как и я одним из Андроников, рода, который вот уже 200 лет… Я не в школе давно, и мне такие...
— Включи трансляцию
Рон сник и тут же стал абсолютно серьезным. Как будто его бедную, но размашистую мимику обесточили. Он щелкнул пальцами, отчего со стены на его ладонь прыгнула искра. Рон развел средний и большой пальцы, и на них, словно мыльная пленка, возник экран. Сначала эмблема — белая чайка с черной тенью над морем, а потом — бледное лицо #женщины с ярким шарфиком. На флаге за ее вздернутыми плечами виднелся синий флаг, а не нем — все та же белая чайка с черной тенью.
— Эм, я тоже тут. Есть. так что на стену, пожалуйста.
Кивающее лицо с опухшими веками скакнуло на стену и занялo ее всю. Бегущая строка под говорившей вновь и вновь повторяла короткое "Леди Мерч Мерелл, виконтесс, всенародный президент"
#Президент торопливо и сладостно продолжала:
— ...я знаю, ну разумеется, я в курсе. На моём, не таком уж и пожилом и состарившемся веку я пережила с дюжину таких фейков. "Фебус вернулся, Фебус погиб", кричали эти дешевые свистуны. Но на сей раз я уполномочена сказать, что все верно. Фебус вышел на контакт с нами.
На экран сбоку откуда то поползли шум и окрики. Мерч фальшиво улыбалась куда-то вбок и ждала тишины.
— ..спасибо, спасибо. Никто, кроме них, не знал эти позывные. Это точно не кеплеровские колонии. Фебус жив, он может передвигаться и он думает, что будет здесь очень скоро. Видимо, вскоре после отпадения…
— Опять эта евангельская риторика... — выдавил Хайк.
— ...и они подпали под влияние чего-то с циклопической гравитацией. Они предполагают, что с разрыва связи прошло 400 лет. По-видимому, для них так оно и было.
Снова окрики с краев экрана.
— Нет, нет, на это я отвечать не уполномочена. Все подробности будут вам даны,, видимо, позже. Самого доброго вечера вам, берегите себя!
— Да кто тебя может уполномочить и разуполномочить, ты просто сама творишь что хочешь. — разозлился уже Рон — Ладно, эта жердь стоит только потому, что не может решить, в какую сторону упасть. Это сенсация! Сколько прошло лет? 280? Давай пересмотрим документалку. Я не пил 4 года и готов с этим завязать. Но,черт, это теперь так дорого.
—Я принес и угощу...
— Прошу на диван!
Приятели любили вместе смотреть и по 10 раз пересматривать документальные фильмы. Это казалось им благоразумным и здоровым досугом.
— Перемотай на 15 минут...
На всю стену отображались два красавца-корабля, близнецы во всех отношениях, какими они были 280 лет назад. Два толстых веретена, замощенные на поверхности треугольниками каркасов.
Диктор в восторге рассказывал:
— Эмблемы, а лучше сказать, гербы кораблей воспроизводили друг друга. Черная и белая чайки на синем фоне — это сами Фебус и Титус, и, разумеется, фоном — бескрайний космический простор, словно лазурное море. На гербе Титуса белая чайка впереди, на гербе Фебуса — его, черная.
— И пойди им докажи теперь, что это не тень сиятельного Титуса, а Фебус, тот самый Фебус.— Хайк никогда не уставал повторять это.
— Большинство просто неучи и так и думают. как ты думаешь,что теперь будет?
— Понятия не имею. Но на всякий случай боюсь.
— Хорошо бы успеть-таки провести выборы до этой эпохальной встречи, чтобы убрать наконец швабру в шкаф и не позорится перед людьми из будущего.
[...]