Я на мир взираю из-под столика.
Век двадцатый - век необычайный,
Чем он интересней для историка.
Тем для современника печальней.
Сибирь издавна была местом ссылки. Конечно, в основном это были уголовники. Но в середине прошлого века ситуация кардинально изменилась. В Сибири в ссылке побывали разные категории осужденных по 58 статье, как враги народа.
В 1931 году ссыльных из Забайкалья, в том числе из Бурято-Монгольской АССР (сейчас это Читинская область и Республика Бурятия) отправили вниз по Енисею. Большую часть выгрузили с барж в Большемуртинском районе Красноярского края под гористым правым берегом Енисея. Именно они составили основную часть жителей посёлка Предивинск, с двумя верфями, где строили баржи. Находился посёлок в ведении Главсевморпути и имел оборонное значение.
Часть ссыльных сразу или позднее перегнали за Енисей, в совхоз Красногорский (поселок Российка).
Клим Гаврилович Голубин родился в в Забайкальской области. У большой (десять детей), трудолюбивой семьи было крепкое хозяйство, из-за чего она попала в разряд кулаков. В 1931 году всю семью раскулачили, лишили политических прав и выслали тройкой ОГПУ в Предивинск. Клим работал на баржестроительной верфи плотником.
В конце мая 1941 года депортировали жителей Восточной Польши,в основном из Станиславовского и Волынского воеводств. Среди них были украинцы, поляки, евреи. Очевидец Ян Замойский вспоминал: «В Красноярске нам предложили выбрать район ссылки. Южные районы считались плодородными и хлебными, в северных - преобладала тайга, где можно прокормиться летом. Мы не знали, что выбрать, но нам разъяснили поляки, приехавшие раньше нас. Там, где есть лес, там проще выжить, так как всегда есть дрова и можно быстро согреться. В южных районах степь и топить надо кизяком, строить из глинобитной массы хижины. Мы выбрали северный район - Большемуртинский».
По указу от 28 августа 1941 года тотальная депортация поволжских немцев прошла в сентябре того же года. Большинство из них распихали по колхозам. Только в Большемуртинском районе оказалось более двух тысяч немцев. Осенью 1941 года немцы в некоторых колхозах района составляли до пятидесяти процентов наличной рабочей силы и почти половину механизаторов всего района.
Тяжелые трудовые будни стали нормой жизни для немцев-переселенцев практически всех возрастов, включая подростков.
В начале 1944 года в наш край привезли калмыков. Их разбросали по разным концам региона. Большинство из них раньше не видели леса, а тут попали в тайгу, к которой были совершенно не приспособлены. В первую же зиму большинство из них погибло.
После войны в Красноярский край ссылали ОУНовцев – участников Организации украинских националистов (ОУН), а также членов их семей. К ним же присоединили «неблагонадежных» из Западной Украины.
С весны 1948 года политзаключённых перестали освобождать после окончания срока. Теперь их отправляли по этапу под конвоем в ссылку. По прибытии ссыльных сначала сажали в пересыльную камеру. Через некоторое время за рабсилой приезжали "покупатели" и увозили на предприятия, стройки, в рудники или леспромхозы.
Тех, от которых все отказывались, рассовывали по колхозам. На месте ссыльных прикрепляли к комендатуре.
На тех, кого отправляли в ссылку из лагеря, выписывали "наряд" в отделе МГБ в Москве, куда все лагеря отправляли списки узников, досиживающих последние месяцы. В наряде обычно записывали только ссыльный регион, а точное место определяло местное Управление МГБ. Поэтому таких ссыльных прозвали «нарядники».
Весной - летом 1949 года начались повторные аресты бывших политзаключённых. У них забирали паспорта и сажали в тюрьму, куда за ними приезжали покупатели рабсилы. Таких заключенных прозвали "повторники".
На 1 января 1952 года только в Большемуртинском районе Красноярского края проживало 3848 спецпереселенцев.
Не хочется делать никаких выводов, ни призывать к чему-либо. Просто, каждому важно правильно расставить приоритеты.