Во время консультаций и пастырских бесед я очень часто ссылаюсь на Виктора Франкла, выдающегося психолога, создателя логотерапии,человека, прошедшего ад концлагерей и утверждавшего, что самая главная потребность человека - потребность в смысле.
И если упоминание о нём в рамках консультации вполне закономерно, то в пастырских беседах оно может иногда вызывать недоумение: зачем мне цитировать в разговоре о вере, спасении, внутренней жизни человека, который не был христианином, не принадлежал вообще ни к какой религиозной традиции, являлся, по сути, внеконфессиональным верующим.
Но недоумение это, на мой взгляд, разрешается, очень легко. Есть немало жизненных обстоятельств, когда наша вера подводит нас, когда мы колеблется и малодушествуем именно из-за того, что она слаба: будь она хотя бы как горчичное зерно, мы бы, по Евангелию, и горы переставляли.
И в такие моменты, чтобы не совершить ошибки, чтобы вразумить себя или кого-то другого, оказывается весьма кстати свидетельство человека, который говорит о том же, о чем должна была бы сказать нам наша вера, но говорит - основываясь на опыте, на здравом смысле, на том, в конце концов, что очень хорошо знает как учёный. Это очень сильно отрезвляет, заставляет устыдиться и собраться. И, конечно, спросить себя: если мне так помогли слова этого человека, то как же я могу оставлять без доверия слова Христа?..
Я решил написать несколько постов, в которых приведу некоторые (очень немногие) места из трудов Франкла или эпизодов из его жизни, которые пояснят, почему так часто я обращаюсь именно к нему.
Пока - лишь один момент, но крайне важный.
Франкл неизменно утверждал, что человек является человеком настолько, насколько он живёт не для себя. И утверждал это не как религиозный мыслитель, не как философ, а как учёный, основываясь на том, что именно отличает человека от всех иных живых существ и что актуализирует в нём эти отличия, делает его собственно человеком, не давая превращаться в животное.
Добавлю к этому совсем немного от себя: если нельзя быть человеком, живя лишь для себя, то тем паче нельзя, живя так, быть христианином.
