День был дождливый,ты - веселой, я - робким.
Мимо проезжали машины,и я желал им огромной пробки,
чтобы на миг они замолчали,
меня на работе давно ждал начальник,
но твои глаза полные печали,
не хотели меня отпускать.
Мы хотели назвать нашего сына Джоном,
/двое помешанные на фильмах Камерона./
Жалко,что этого не поняли бы в нашей "могучей и великой",
из которой мы
/по примеру Визави/
так хотели свалить.
Я был никем-офисный клерк,
и для того,чтобы открыть Бойцовский клуб совсем не умел драться.
В то время ты была для меня всем:
Софи Лорен и Марлой Зингер,в одном лице,
а я был плаксой-
антиподом Джокера из Готэма.
/и от депрессии спасали фильмы 84-го года./
И для тебя Рак стал типичной болезнью для типичных людей:
алкоголиков,наркоманов и выкуривающих по две пачки в день.
А для меня это стало необыкновенной проблемой
в самое обыкновенное время.
Я купил тебе георгины,
/которые ты так любила/
и поклялся тебя вечно ждать.
За окном снова проезжали машины,
день опять был тоскливым,
и мне не тебя,а себя было жаль.
Мои стенания ты слушала молча,
лишь улыбаясь уголком своих глаз.
А я все никак не мог кончить,
и не мог все до конца рассказать.
И вдруг она спросила:
/явно через силу/
- Зачем мой Терминатор пришел в больницу?
- Потому что он безумно боится.
- Чего?Того,что я умираю или...
- Того, что не с кем будет смотреть старые фильмы...
/Она называла меня Терминатор,а я называл ее Сарой Коннор./