Посвящаю моему знакомому поэту Прохору Кулебякину-Записдулину, племяннику выдающегося коломенского поэта земли русской Гаррия Бонифатьевича Ложкина-Зписулина. Который работает сейчас продавцом ситра в гастрономе номер тридцать, что расположен на привокзальной площади Голутвин в подмосковной Коломне, и во времена Советской власти назывался просто — «тридцатый», а сейчас не знаю как, и не хочу знать. Потому что накой? Я ж туда ж уже давно ж не хожу ж. Особенно с тех пор, когда туда этот Гарька устроился.
Эпиграф:
Из дома вышел человек
С дубинкой и мешком
И в дальний путь, И в дальний путь
Отправился пешком.
Он шел все прямо и вперед
И все вперед глядел.
Не спал, не пил, Не пил, не спал,
Не спал, не пил, не ел.
(Даниил Хармс, стихотворение «Из дома вышел человек…»)
А я так мечтала о страстной любви —
Но он оказался скотиной:
Оставил меня он одну на сносях,
К тому же со с маленьким сыном.
А я так мечтала, зубами скрипя,
Слезьми орошая подушки,
А он, скотовоз, ускакал от меня,
Когда пожирала ватрушки.
Да-да, те ватрушки! В тот солнечный день!
Пила я компот в галерее.
Он вышел тогда, чемоданы таща,
Со взглядом, который наглее.
И рожу скривив, бросил ёмко и шло:
Я еду сейчас на симпозим,
Оттуда поеду в родное село.
Мине туда надо по делу.
И вышел с веранды, вскочил на коня.
(Кажись, это было кобыла.)
Лишь пыль поднялась с-под неё из копыт.
То было действительно мило!
С тех пор уж три года прошло восвоясь.
Давно родила я малютку.
За нею ещё, и ещё, и ещё…
Не думайте это за шутку!
А он всё в деревне своею сидит,
Всё занят он сельским хозяйством.
Скотина, подлец, негодяй, паразит!
Чтоб сдохнул с своим он со пьянством!
Алексей КУРГАНОВ