Вчера приложила большие усилия к тому, чтобы не изойтись ядом в ответ на беспомощное, но довольно безобидное письмо. Сдержалась в последний момент. Довольна собой.
Потому что сарказм не работает.
Сарказм и любая форма ехидства могут быть довольно эффективными способами унижения. Если хочется человека унизить - почему бы нет?
Мне, правда, недоступны такие красивые формы унижения, когда вначале собеседник принимает то, что ему сказано, за комплимент, и только несколько позже соображает, что именно ему сказали. Это высший пилотаж, и мне интересно, можно ли это освоить и где этому учат. Я всего пару людей знаю, которые так умеют. Хотела бы поучиться.
Мне в последнее время изливаться ядом хочется регулярно, так как меня осенило сознание собственной офигенности. Скромность, если что, мне немножко надоела, поэтому сейчас она отошла в сторонку, а офигенность так и лезет вперёд и хочет отыграться за всё время, что пряталась в кустах. В том числе разразиться сарказмом, если вдруг кто-то рядышком оказался менее офигенный, чем я.
И всё же я считаю, что это не лучший способ взаимодействия с миром и людьми. По нескольким причинам.
- Если ты так делаешь с другими, значит, и с тобой можно так же. Всегда найдётся кто-то более офигенный, чем ты, в каком-то навыке или возможности. Хочешь от него ведро сарказма на голову? Не очень.
- Кроме того, сарказм и любая другая форма унижения в первую очередь бьёт по самооценке человека и вызывает защитную реакцию. То есть все силы пойдут на противостояние, а не на изменение нежелательного действия. Если вам нужно, чтобы человек начал что-то делать иначе, сарказм станет дополнительным препятствием к этому.
- Наконец, я считаю, что самый высший пилотаж - это даже не изящно упакованный сарказм, а умение развернуть ситуацию так, чтобы в итоге все извлекли пользу и опыт.
Но для таких вещей нужна хорошая практика менеджмента.
Так что, как бы ни хотелось время от времени надеть белое пальто, белую шляпу, белые перчатки, белую рубашку и прочие атрибуты человека, который может, пусть и справедливо, смотреть на других людей, как на субстанцию, плавающую в проруби, надо прилагать все усилия, чтобы к этому не скатиться.