Впереди кто-то стоял раком. Меня, конечно, это не могло не заинтересовать. Я подъехал поближе и остановился. Мужик, согнувшись, копался в траве, что-то собирая.
Странно, подумал я и оглянулся. Просёлочная дорога буграми уходила вдоль берёз и железнодорожных путей к горизонту, и после копающегося мужика это – самое примечательное, что было в окружающем пейзаже.
И вообще, здесь я бываю не так часто – раз, может, в месяц, – чтобы становится свидетелем раскорячившихся в траве одиноких людей. С виду – не бомж, не идиот, не заключённый. Может, из соседней деревни, подумал я, пытаясь взглядом найти деревню. Деревни не было. Были берёзы и железнодорожное полотно.
Мне сюда добраться было несложно – час езды за кольцевой на велосипеде, и я тут как тут. А вот мужик этот – кто знает, как он здесь оказался.
С другой стороны, сегодня воскресенье, а вчера был парад, то есть девятое мая. Значит, может, уже как неделю в запое и каждый день всё дальше на своих двоих отдаляется от столицы – в поисках предназначения и смысла. Но и на алкаша ведь не похож: морда бритая, только волосы нечёсаные, а так вроде и не алкаш.
Я было подумал, что он мог обронить свой золотой кулон или нёс кольцо с изумрудом какой-нибудь шалаве – всё может быть, да, но не это же. Я отбросил глупые идеи и догадки в сторону и вместо этого решил съязвить:
– Грибы? – спросил я, хохотнув, со своим велосипедом тая в майской жаре безлюдного пригорода.
Мужик медленно разогнулся, посмотрел на меня, потом на берёзы и – снова на меня.
– Да нет... Форель... – ответил он, хохотнув чуть больше.
Я рассеянно уселся на велосипед и исчез где-то в полуденном мареве, мысленно агонизируя: что, чёрт возьми, это было, свидетелем чего я сейчас стал и как удалось этому крестьянину так в два счёта меня уделать?..