Порой, несмотря на все заявления что война это дело профессионалов, и в ней можно выжить разве что за счет выучки и какого-то природного чутья, нам всем кажется что на самом деле решает все банальный случай. Буквально: повезёт или не повезет. И вот когда читаешь воспоминания Исаака Израилевича Урицкого, уверенность в этом только крепнет.
Он сражался в составе 2-й гвардейской танковой армии в Берлине, и что интересно бился не на танке Т-34, а на американском “Шермане”. И вот 16 апреля 45-го года они по понтонному мосту пошли штурмовать Берлин. Как вспоминал Исаак Урицкий входили они в город ночью, и совершенно без пехотного прикрытия, что значительно увеличивало танковые потери. Немцы готовы были сражаться до конца, ведь первые белые флаги ветеран увидел лишь 30 апреля, а до этого Берлин представлял из себя настоящее чистилище. Вот они, танкисты на танках ленд-лиза штурмуют какой-то дворец, кончились снаряды, потеряна вся пехота, и нужно еще вытаскивать орудие из под немецкого огня.
Его прицепили к танку, раненый командир орудия забрался на танк, и надо было спасаться. Чтобы вытащить бойцов прислали еще один танк “Шерман”, который прорвался через немецкие позиции напролом, и под огнем его пулемета и орудия смогли выбраться остальные. Когда вернулись ко своим оказалось что не спали двое суток, и все уснули, кто где. Разбудил утром уже командир полка, который приказал пополнить боекомплекты и снова идти в атаку. После прошлой неудачи теперь весь экипаж ждал и думал, что это был и последний бой. Как вспоминал Урицкий, один из членов экипажа сказал мехводу: Давай, Вся, жми вперед, туда так с музыкой!
Но так в итоге подорвался, и спасло всех то, что боеукладка не рванула. И надо было прорываться ко своим, там уже началась особенная история. Без танка танкисты, в общем-то, легкая мишень, в качестве табельного оружия пистолеты, да все. Однако, удалось буквально стащить у немцев винтовку с патронами, но он не пригодился ибо практически сразу вышли к своим. Лишь чудо тогда спасло часть экипажа танка “Шерман”, который дважды мог спокойно остаться в Берлине навсегда.
При этом, как вспоминал Урицкий, танк то их потом восстановили, сделали новую гусеницу, но случилось это уже 30 апреля. И эта судьба одного танка и одного экипажа лишь небольшая страница колоссальной по своим масштабам битвы за столицу Третьего Рейха.