Технически у Киплинга было два детства. Одно – до пяти с небольшим – проходило с любящими родителями в Индии (молодые англичане переехали туда сразу после свадьбы), второе – в приемной семье.
Нет-нет, родители у него были живы. Они счастливо строили карьеры в Бомбее, пока супружеская пара из Лондона, нанятая по объявлению, воспитывала Редьярда и его младшую сестру Трикс. Это старинная традиция в англо-индийских семьях – получать образование на родине.
Первое детство Киплинга – восточная сказка. Со слугами и пышным садом, с мастерской, пропитанной ароматами красок и масел, с театрализованными представлениями на ночь и колыбельными на хиндустани, с шумными играми и морскими прогулками. Сказка закончилась, когда мама и папа привезли детей в Лондон, а рано утром отбыли на пароме, едва попрощавшись.
На 5 лет и 3 месяца.
Временными опекунами Радди и его сестры Трикс становятся отставной морской офицер и его жена – вздорная и жестокая ханжа. Сказки и поцелуи на ночь сменяются бесконечными отповедями и розгами. В новой семье безраздельно властвует «тетушка Роза» и библия, которую она интерпретирует по своему усмотрению.
Единственные отдушины для мальчика – редкие прогулки с «дядей Гарри», во время которых тот много говорит о службе на китобойном судне, и книги. Ребенок быстро учится читать и взахлеб поглощает все, что отец отправляет ему из Индии. Видимая связь с родителями сохраняется. Но только видимая.
Постепенно их лица стираются из памяти. Дядя, который хоть как-то сдерживал жену, умирает, и это окончательно погружает Киплинга во мрак. Причем уже не только не метафорический: мальчик начинает слепнуть. То ли от страха и унижения (порки ужесточаются), то ли от книг, которые он читает без конца и в любых условиях: лишь бы забыться. Изображение размывается. Ребенок опрокидывает предметы, врезается в закрытые двери, отстает в школе. В ответ его бьют. А он все спокойнее рассуждает о самоубийстве.
«Некому помочь, некому пожалеть, есть один только выход - умереть, и точка. Можно бы ножом, но это больно, а тетя Анни-Роза в прошлом году говорила, что он умрет, если будет сосать раскрашенные игрушки», - и он идет обгладывать краску с деревянных зверей и птиц из набора «Ноев ковчег».
Но утром опять открывает глаза и продолжает выживать. За 5 лет веселый, упрямый и любопытный раджа оборачивается волчонком – злым и напуганным. Таким его обнаруживает мама в конце обучения.
У Киплинга есть автобиографичная повесть «Мэ-э, паршивая овца», и вот как он описывает эту встречу: «Через полчаса «эта женщина» склонилась над его кроватью. Паршивец защитным движением вскинул вверх правую руку. Нечестно подкрадываться и бить его в темноте. Так не делала даже тетя Анни-Роза. Но удара не последовало.
- Ах, маленький сын мой, маленький мой сыночек! Это я виновата, я одна, но что же нам оставалось делать? Прости меня, Панч. - Голос дрогнул, перешел в прерывистый шепот, и на лоб Паршивцу капнули две горячие слезы».
Но вы не думайте. Уже через несколько месяцев одомашненного и оттаявшего Киплинга отправят в военизированную школу-интернат.