Если в трудные времена вы встретили кого-то хорошего, симпатичного вам - это неспроста. Неважно, ребёнок это, старушка, мужчина или женщина… Вы на трудном участке пути встретились для взаимной поддержки. Вы ориентир друг дня друга. Сигнал. И потом вы снова встретитесь, когда все будет хорошо.
Может, даже не в этом мире.
Встретились ненадолго, поддержали друг друга, поделились и дальше пошли по трудному пути. Даже если поделиться особо нечем: рулет и кекс. И газировка в пластиковой бутыли. И шаролобики…
…Давным-давно мы с дочкой поехали в деревню на электричке. Погулять на свежем воздухе и посмотреть деревню. Как бы в путешествие. В начале девяностых. Потому что особо ездить было некуда и совершенно не на что.
Взяли сумочку. Положили туда рулет, кекс и бутылку пепси-колы большую. И поехали в прекрасное путешествие на электричке.
И в деревне гуляли и все разглядывали. Домики, козочек, баранчиков. На речку пошли. А там деревенский мальчик Пашка с нами познакомился. Он мордой ловил шаролобиков. Слово другое, нецензурное. Но вы догадались. Морда - это банка такая с крышкой.
Туда надо накрошить крошек хлебных. В крышке - дырка. Банку следует утопить, эти «шаролобики» - рыбки туда набьются битком - вот и богатый улов. Еще их можно вилкой тыкать прямо в воде. Но это сложнее.
Потом из рыбы можно сварить уху в консервной банке на костре. Если скрасть на огороде картошки и луку. Но мы варить уху и красть не стали, а стали есть кекс, рулет и запивать пепси-колой. Пашка себе в "морду" наливал. А рыбок мы выпустили - дочка попросила.
И так мы сидели на бережку и мирно беседовали. Про дервишей, одиноких странников, императрицу Цы-Си и местных "сикоманов". Это которые клей нюхают. И очень подружились. Пашке лет двенадцать было. Такой белобрысый подросток с очень светлыми глазами. Он нас проводил до электрички, чтобы "сикоманы" не напали. И сказал, что очень будет нас снова ждать. Очень.
Но мы больше не приезжали - сложная жизнь была. Да и опасно по деревням вдвоем с ребенком ездить в начале девяностых. И прошло лет десять. Все улучшилось и изменилось.
И мы на машине поехали в эту деревню. Очень она нам запомнилась. И стали гулять и вспоминать трудные времена. И пошли на речку. А там ловит рыбу такой белобрысый светлоглазый мужик. Небритый такой молодой очень дядька. С удочкой. И он как бросится к нам! Как побежит! Удочку оставил на берегу.
Кричит радостно: "Рулет! Кекс! Пепси-кола! Императрица Цы-Си! Здравствуйте!". Конечно, Пашка здорово изменился. Но он нас помнил и ждал. И немедленно начал учить ловить рыбу удочкой. И развел костер. И домой стал зазывать.
Он не стал ни пьяницей, ни "сикоманом". А стал помощником машиниста. И хорошо зарабатывает. И живет в большом поселке, а в деревню к мамке ездит на выходные. И всегда вот - ходит на речку летом и нас ждет. Мы же обещали приехать! И не подвели - приехали!
И Пашка много рассказал интересного, и нашими делами интересовался. Дал много наставлений, притащил картошки и луку - не краденых, а своих. И был чрезвычайно счастлив.
Ожидание - оно никогда не бывает напрасным. И встреча в трудное время не бывает напрасной. Это ориентир и поддержка…
А я все думаю - может, и у нас все обошлось и сложилось именно потому, что в заброшенной деревне кто-то про нас думал и нас ждал. Мы тоже его все время вспоминали, этого светлоглазого Пашку. Не могли забыть. И ждали встречи. И дождались…
Анна Кирьянова