В 1565 году московский царь Иван IVучредил Опричнину, которая представляется многим как непрерывная череда казней, террора и прочих ужасов, которым царь со своими любимцами вдруг от нечего делать подверг Россию.
Опричники – военнослужащие особой царской гвардии – хорошо запомнились своей униформой. К своим сёдлам они приторачивали отрубленные собачьи головы, что как бы должно было символизировать их рвение грызть врагов Отечества.
Из верных «цепных псов» опричного войска самую заметную роль в истории России сыграли трое.
Малюта Скуратов
Малюта это не имя, а прозвище, неизвестно за что полученное. Настоящее его имя – Григорий Лукьянович Скуратов-Бельский. Сама фамилия указывает на принадлежность Малюты к знатному роду князей Бельских, хотя впоследствии его старались всячески принизить и опорочить, доказывая, будто бы Скуратов был неродовитым дворянином, чуть ли даже не холопом по происхождению.
Опричное войско, вопреки тому, что нам часто рассказывают, не было занято в основном внутренним террором. Главным его предназначением было служить элитной частью русского воинства в ратях с внешними врагами. Скуратов впервые упоминается в связи с военными действиями в Ливонии в 1567 году.
Только в 1569 году мы видим Скуратова, занимающего административную должность в Опричнине. Царь его назначил тогда главою только что учреждённого особого опричного приказа по делам государственной измены. Вот характерная деталь: Опричнина была якобы учреждена для борьбы с крамолой, а специальная структура для этой борьбы появилась только спустя пять лет после создания Опричнины!
В 1570 году стала ясна роль, для которой Иван Грозный избрал Малюту на этот пост. Он должен был расследовать деятельность и покарать некоторых видных опричников, которые стали выходить из повиновения государю! Малюта это и исполнил. Согласно проведённому им расследованию, летом 1570 года было казнено больше сотни видных опричников, в том числе те двое, о которых мы дальше расскажем.
Сам Григорий Скуратов пал смертью храбрых от неприятельской пули, выпущенной в упор, в ночь на 1 января 1573 года под крепостью Вейсенштейн (ныне Пайде в Эстонии), когда он лично повёл русское войско на её штурм.
Алексей Басманов
Этот родовитый боярин принадлежал к ближайшим соратникам царя с момента учреждения Опричнины. Он прославился героической обороной Рязани в 1564 году от крымской орды. Будучи там воеводой, он сумел отлично организовать оборону города. Крымский хан Девлет-Гирей был отбит от Рязани и отступил. Когда крымцы повернули вспять, Алексей Басманов удачно преследовал их и отбил весь их русский полон, который они пытались с собой увести. Алексей Басманов был прекрасным военачальником.
Поставленный царём во главе Опричнины, он стал угождать царю, подбивая того на тиранства и казни. При этом он старательно подлизывался к царю, будучи первым его собутыльником, шутом и балагуром на царских пирах. Иван IV, в конце концов, заподозрил неладное. Организатор репрессий был обвинён в попытке предать Новгород и Псков польскому королю и казнён.
Сохранилось предание – никто не знает, правда оно или нет – будто царь запер на ночь в одной тюремной камере Алексея Басманова и его старшего сына Фёдора (про которого ходили слухи, будто он царский любовник), сказав, что выпустит того, кто из них останется в живых. Ночью Фёдор Басманов зарезал своего отца. Наутро царь, обнаружив это, изрёк: «Если ты зарезал отца, что ты сделал бы со мной!» — и казнил Фёдора Басманова. По другим сведениям, более достоверным, Фёдор Басманов умер в ссылке.
Афанасий Вяземский
Он принадлежал к старинному княжескому роду, что вновь опровергает представление, будто Опричниной царь хотел извести русскую аристократию. Вяземский был одним из организаторов Опричнины. Выполнял важные дипломатические поручения Ивана Грозного. Царь одно время настолько ему доверял, что принимал лекарства, изготовленные для него английским доктором, только из рук Вяземского.
Как и все высокопоставленные опричники, старавшиеся услужить царю ценой своих неистовств, Вяземский стал ненавистен России. Иван Грозный летом 1570 года обвинил его, в числе других прежних соратников, в попытке государственной измены. Вяземский, как считается, умер под пыткой. Его имя не приводится в «синодиках» Ивана Грозного, где царь упоминал жертв своих казней.
Дополнительные материалы смотрите у нас на ТЕЛЕГРАММ и ЮТУБ КАНАЛЕ.