Когда это началось?
Его первое воспоминание — новогодний утренник в детском саду. Половина мальчиков были в костюмах мишек. Другая половина — в костюмах волков. А мама ни с того ни с сего нарядила его в пирата!
Увидев, что отличается от остальной ребятни, он отчаянно заревел и отказался выходить из раздевалки. Так и просидел угрюмо весь праздник на скамейке в трусах и майке у своего шкафчика, кое-как запихав камзол и шляпу на полку. Он хотел быть как все! Мишкой или волком.
В школе учился хорошо. Тихий был парень, незаметный. Старательный.
Мог бы поступить в престижный институт, но отчего-то не стал. Не пытался даже. Неделю посвятил изучению разных профессий, определил самую надежную — инженер. И поступил в институт средней руки, который успешно закончил. Не особенно напрягаясь, но и не бездельничая. И да, стал инженером. Большое предприятие, полный соцпакет. Родители одобряли.
«Нечего звезд с неба хватать. Не всем быть президентами. И даже известных писателей по пальцам можно пересчитать. Зачем рваться к недостижимому? Инженер — вот это дело.»
Женился на хорошей девушке. Иногда смотрел на нее и несколько секунд не мог вспомнить, как ее зовут и откуда она взялась. Потом стряхивал морок и мысленно укорял себя: совсем ты, что ли, дурак. Смотри какая хорошая жена. Старается, по субботам блинчики печет. Хоть он и не любил блины с вареньем, предпочитал толстые несладкие оладушки со сметаной. Но какая, в сущности, разница? И там, и там мука. А мучное вредно.
Ну и пусть жена бесцветная какая-то, спокойная, скучная, как детсадовская манная каша. Такой ведь и должна быть верная супруга? Не то, что Женька из соседнего отдела. Глазами чернющими зырк — и заливается, хохочет. Так, что и у него губы сами собой расползаются в улыбке. Духи еще у нее какие-то... Колдовские, зельем пахнут: травой, землей, сандалом и табаком. Так и обнял бы Женьку. И поцеловал бы... Снова морок какой-то, тьфу ты, господи. Хорошая у него жена, хорошая. Надежная. А то, что глаза на нее не глядят — так давно уже вместе. Кто ж на пятом году брака обжимается, как подростки?
Летом ездили в Турцию. На второй день его воротило от системы «все включено», от припухших от обильных возлияний лиц аниматоров и от дискотеки по вечерам. Но Турция — хорошо. Все ездят в Турцию. Надежно. Спокойно. Вокруг отеля огромный забор. Не то, что Европы эти ваши непредсказуемые. Или того хуже, Азии эти, с инфекциями и мошкарой.
Хотел ли он быть инженером? Нет. Но работа была стабильная. Он знал, что получит свои сорок тысяч в апреле. И в мае. И в июне. И в августе. А в сентябре дадут премию. Кем он хотел быть? Он не мог бы ответить на этот вопрос. Потому что не разрешал себе об этом думать.
Нравилась ли ему Женька из соседнего отдела? Он старался не размышлять об этом. Пустые мечтания. Этак и до мыслей о Меган Фокс можно докатиться. Кто ж не хочет с Меган Фокс?..
Думал ли он поехать куда-нибудь, кроме Турции? А зачем? Там море, тепло и апельсины вкусные. Солнце, витамины, трехметровый забор вокруг отеля — что еще надо?
Хороший мужик. Надежный. Предсказуемый. Все по плану. Как у людей.
Все покатилось под откос в один момент. В сорок лет у него вдруг случился инфаркт.
Спасли, вытянули. Врачи попались хорошие. Особенно кардиолог один. Долго с ним разговаривал, все выспросил. А потом посоветовал обратиться к психотерапевту.
Я, мол, в делах душевных не специалист, но подозреваю, что у вас, кроме больного сердца, еще и депрессия, мил человек. Очень уж много вы делаете не потому, что хочется, а потому, что надо.
У этой истории хороший конец. Впрочем, с этим согласятся не все. В течение полугода мужик как с цепи сорвался.
Вышел из больницы и сразу подал на развод. Закрутил с Женькой с работы, представляете?
Жена, та самая бледная и невыразительная жена, впрочем, как будто не расстроилась. Как будто даже вздохнула с облегчением, расцвела и... Очень быстро снова вышла замуж. Новый муж ее очень любил. Дело в том, что он всегда мечтал о блинчиках с вареньем на завтрак. Или дело не только в этом?..
В Турцию он больше никогда не ездил. Зато поехал в Швейцарию. На неделю, дольше не смог — денег не хватило. Вернулся счастливый. Вдохновленный тамошними пейзажами, увлекся живописью. В сорок-то лет. Как последний идиот, говорили о нем коллеги с работы. Впрочем, ему было все равно. А Женька с работы счастливо смеялась рядом с ним. Просто так. От избытка положительных эмоций.
Так ли должна выглядеть нормальная жизнь? Он не знал. Но в одном был уверен: наконец-то он счастлив.
И на этом фоне остальные философские вопросы становились абсолютно неважными.