От Пасхи до Троицы пройдена половина пути. Что же это за путь? Если Великий Пост принято описывать как трудную и извилистую дорогу, полную добровольных и внешних лишений, искушений, на которой возникают всевозможные препятствия — то дерево упадет на тропу, то почва провалится, то ручей разольется в реку, а моста никакого нет — половодьем смыло, — то как описать дорогу не-постную?
Все это время мы продолжаем праздновать Пасху — это хорошо видно по богослужению. Это значит, что в этот период наше умонастроение должно сосредотачиваться, должно ориентироваться на пасхальную радость. Мы должны поддерживать огонек этой радости с помощью духовного топлива. С помощью молитвы, которая должна чаще приобретать звучание хвалы, должна скорее представлять Бога не только спасителем, не только подателем благ от своего богатства нашей нищете, не только утешителем, но скорее Царем, который уже правит нами в уже наступившем Царстве Божием, а нас представлять — гражданами не потаенного, а уже открывшегося Небесного Иерусалима, жителями города, которые не покоряются Владыке, а радостно Ему служат. С помощью добрых дел, которые мы опять-таки должны воспринимать не как обязанность, не как повинность, не как моральный долг, а как осуществление нашего бытия со Христом, как реализацию нашего небесного гражданства. Когда мы творим милостыню или помогаем обездоленным — мы уже живем небесной жизнью. И эта тяжесть — вовсе не тяжесть. «Когда-то святой апостол говорил, что заповеди Господни «тяжки не суть» (1Ин. 5:3). Вот Господь и призывает нас к тому, чтобы научились от Него, ибо Он кроток и смирен сердцем. Научившись от Него этой кротости и смирению, мы нашли бы сразу покой душам нашим. Вот теперешняя жизнь, с ее суетой, с ее грязью, со всеми ее затруднениями и сложностями — разве она не какое-то каверзное лихо, которое лежит на человеке, под которым он задыхается и теряет силы. Господь в противовес этому говорит: «иго Мое благо... бремя Мое легко» (Мф. 11:30), совсем не та страшная тяжесть, которую налагает на своих чад обезумевший мир» (Филарет Московский).
Конечно, то, что я написал, это немножко спекуляция, немножко схоластика: на разных отрезках литургического года и даже в течение недели, дня и часа человек может переживать и молитву и добрые дела совершенно по-разному. Однако мне кажется, что очень полезно видеть реальное различие между нашими духовными переживаниями, их неодинаковость и одинаковую нужность.