Отец Павел на всю страну говорил и о бедах церковной жизни. В 2008-м году его община, единственная в России, отказалась подписать новый приходской устав, который свел к минимуму роль прихожан в делах церкви. Вскоре архиепископ Псковский и Великолукский Евсевий освободил протоиерея Павла Адельгейма от должности настоятеля храма святых Жен Мироносиц – того самого храма, который он поднял из руин. Противостояние священника и архиерея было затяжным.
Лев Шлоссберг:
Он вёл правозащитную деятельность, для церкви, в интересах церкви, для всех прихожан. Когда он подавал в светский суд, ему говорили: Как ты смеешь? Для тебя есть церковный суд, вот суд владыки, как он решил, так и будет. Он говорил: Если я не могу найти справедливость у владыки, я должен идти в тот суд, где я надеюсь защитить право и защитить справедливость. Он в этом смысле не воспринимал себя человеком, принадлежащим церкви во всех своих действиях. Он считал, что он и гражданин тоже. Не только священнослужитель, но и гражданин.
Адельгейм отстаивал правоту людей, которые создавали приход и которых выдавливал из общины новый настоятель. Он считал, что обязан снова, как в советские времена, встать на защиту гражданских прав и свобод верующих. Будучи священником, он был и правозащитником – уникальный пример в современной церкви. В нем сочетался внутренний мир глубоко духовного человека с пониманием гражданских прав и свобод.
Двери дома щедрого на любовь батюшки оставались открытыми до последнего дня.
Лев Шлоссберг:
Он вообще не ждал плохого от людей. Человек, который столько пережил, который столько раз был на волоске от смерти, по отношению к которому многие люди делали очень страшные вещи, он этих людей отодвигал. Он их помнил, но не составлял впечатление о людях по этим тяжёлым и даже смертельно опасным людям на своём пути. И эта готовность видеть в каждом человеке лучшее, она ему не изменяла никогда. Возможно, в этом тайна того, что люди шли именно к нему поговорить с ним и спросить его мнения.
В августе 2013-го в дом священника, как сотни людей до него, вошел убийца – молодой человек, которого его родные хотели было положить в психиатрическую больницу, но вместо этого отправили к отцу Павлу Адельгейму. На следующий день случилось непоправимое. Трагедия произошла в одно мгновенье.
Вера Адельгейм, вдова протоиерея Павла Адельгейма:
Они сидели пили чай на кухне. Я возле плиты была. Они - с отцом Павлом вдвоём. И вдруг я услыхала вскрик. Я выхожу, смотрю — этот парень стоит перед столом — со стороны, а отец Павел как-то полуоблокотившись на стол. Я смотрю — у него что-то кровь. Я сказала: "Что вы здесь делаете?" Я пока ещё ножа не видела. Он, правда, сразу же вышел, ушёл в тут дверь, туда у нас, в огород, и убежал. Я к Отцу Павлу, у него кровь, нож. Я: "Павлик, Павлик, Павлик…" А он уже ничего даже не отвечал.
В кабинете священника его вдова, Вера Адельгейм, до сих пор сохраняет все так, как было при жизни супруга. В маленькой комнате – солдатская кровать с тонким матрасом, рядом стоит тяжелый деревянный протез. А в красном углу – икона «Усекновение главы Иоанна Предтечи».
Из документального фильма "Протоиерей Павел Адельгейм. Проповедники" (Телеканал "Россия-Культура"):