- Это же такая ответственность! - Юрий хоть вроде и был настроен решительно, но все же немного сомневался.- Ребенок. Это же ребенок. Нам надо все хорошо обдумать.
Юля и Юрий были в браке уже давно. Только вот детей у них не было. Не получалось как-то.
Потихоньку строили свой бизнес, занимались цветами.
У Юли с детства в памяти сидела поговорка, причем на верхних полочках, которую ее мама очень часто повторяла: «Дети — цветы жизни!».
Только вот у них все складывалось наоборот: «Цветы — дети жизни». Она к ним так и относилась.
- Давай возьмем малыша из детского дома. - однажды Юля предложила супругу.
Юрий, на удивление, согласился, и даже стал наводить справки, что да как.
Годовалого Сережку они приглядели сразу. Юле даже показалось, что немного похож на Юру. Такой же белобрысый, с кудряшками.
Супруги пересмотрели все сценарии того, как изменится их жизнь, и как они будут растить этого малыша. И вот, после оформления всех бумаг, Сереженька обрел свой дом.
Для него было все. Он рос прекрасным, немного застенчивым мальчиком, и родителям никогда не приходило в голову сказать ему, что он не их сын.
12 лет пролетели как миг.
***
Что крутилось в голове подростка? Да все! Первое — это убежать. Они плохие, столько лет врали. Второе — это не может быть правдой, и тетя Ира все врет.
Мальчик очень переживал, казалось что какая-то часть его стала просто протезом. Часть, где было сердце.
Юля с супругом не сразу поняли в чем дело. Мальчик закрылся в комнате, ни с кем не разговаривал, на все, если и отвечал, то как-то грубо. По всему было видно, что он чем-то расстроен, но в этот раз он не бежал к маме поговорить, как он делал это всегда.
Пока догадка не пришла сама собой, и Юля связала эту догадку со своей родной сестрой.
- Ир, зачем ты так? Неужели то, что я не оставила тебе всю бабушкину квартиру важнее этого?
- Важнее. Ты знала, что она мне нужна была. И вся, а не половина. Почему не уступила?
- Но это было бабушкино решение.
- А ты могла.
***
Сережа стоял на краю моста. Нет, он хотел жить, но боль, почему-то, была сильнее.
- Сынок, - услышал он где-то рядом, но никого не было. - что же ты задумал?
Слова звучали шепотом, и казалось, что прямо в ухо. Сережа даже слышал дыхание, и чувствовал что-то мягкое, шелковое, касающееся его руки.
- Не делай этого. - звучало в его голове.
- Ты кто? - мысленно задал он вопрос.
- Я твоя мама. Та, которая родила тебя. Меня давно нет. Я бросилась с моста. Вот с этого. 12 лет назад. Как ты, не смогла перенести боль. Не делай, любимый, тоже самое. Я всегда с тобой, в твоем сердце, и в сердце той женщины, которая вырастила тебя, и была твоей мамой. Она и есть твоя мама. Она дала тебе больше чем я. Береги ее, не огорчай. Мне тоже будет больно, как только будет больно ей.
Юля бежала по парку. Она знала, где ее Сереженька. Что-то почувствовала.
Сломался каблук об плитку, она сняла туфли, и бежала босиком, не обращая внимание на людей, которые смотрели в ее сторону.
«Все будет хорошо! Все будет хорошо!» - как молитву повторяла она, и действительно читала молитву. Молитву. Она, человек далекий от церкви. И молитва как-то самой собой вдруг возникла в ее голове. А она прочла ее все лишь раз, и очень давно. - "Отче наш".
У подножья моста она увидела его. Мальчик сидел на траве, поджав лицо коленями, и плакал. Юля обняла сына, и позволила себе разреветься. Громко так разреветься.
- Мамочка, я больше так не буду. - сказал Сережа, и стал обнимать и целовать мать, вытирая ее слезы своей футболкой.
