Письмо лейтенанта, пропавшего без вести при форсировании Днепра в сентябре 1943 года
Здравствуйте, мои родные: мама, сестренки Лиза, Тоня, Маруся, Груня, и братишка Василек!
Во первых строках письма сообщаю, что жив, здоров, того и вам всем желаю. А как вы живете-можете? Урожай собрали? А как нынче картошка, уродилась? Дрова на зиму запасли? Пишите мне все в подробностях. Василий, помогай матери и сестрам, ты, как-никак, сейчас единственный мужчина в семье. Потерпите дорогие еще немного, скоро разобьем фрицев, и я вернусь домой. Вот тогда и заживем!
За меня не переживайте. Воевать стало веселее. Бьем фашистов по всем фронтам. Но и наших бойцов гибнет немало, сколько я своих боевых товарищей потерял, и не счесть. Но нас уже не остановить, неудержимо рвемся на запад. Совсем близок час, когда очистим страну от фашистской нечисти, а там и до звериного логова — рукой подать.
Сегодня с ходу форсируем Днепр. Ох, и широченная река, да и очень, говорят, глубокая. Мы на левом берегу, а на правом - окопались фрицы, злые и свирепые, как черти. На подготовку переправы времени совсем нет. Поплывем, кто на чём сможет: на лодках, бревнах, бочках, плотах. Хорошо я на Белой плавать научился, а многие столько воды первый раз в жизни видят. Упадет с лодки, и все… Мы с бойцами моего взвода соорудили плотик, грести будем досками. Все, звучит приказ выдвигаться, ну, с богом, поплыли! Победа будет за нами! За Родину, за Сталина!
Впереди свинцовая река, над водой свинцовая пурга. Мессеры и юнкерсы обстреливают и бомбят безостановочно. Вдобавок с того берега бьют пушки и минометы. Грохот адский, визг пикирующих самолетов, свист осколков и пуль, пронзительные душераздирающие крики раненых и тонущих. Багрово-бурая вода бурлит как кипяток, вперемежку с людьми, обломками лодок, бревен, досок. Настоящий Армагеддон!
Промокшая скатка тянет свинцом, добавьте сюда автомат, гранаты, вещмешок, а ведь надо быть еще гребцом. Пули, взрывы косят всех подряд. Вот и в утлый плотик наш попал снаряд, и осколок, вот зараза, прямо в сердце угодил.
Я под воду камнем ухожу, как будто на ногах свинец весь тот повис. Вмиг сомкнулся водяной покров. Из раны струйкой теплой вытекает кровь, и с тысячей таких сливаясь, Гольфстримом в горе-море уплывает…У Днепра зардели берега, полноводней стала вдруг река. Берег правый, ты не правый, нет, не правый… Берег правый, ты… кровавый…
В пучине холодно без дна, темно и мрачно, непоколебима тишина, теперь навеки это — мой удел. Уже не знать мне сына, внука и вода не станет пухом. Верю, что тогда найду я упокоенье здесь, когда лишь громом грянет о Победе нашей весть.
Исчезать так странно в двадцать лет, никому не передав привет… Как представить, что тебя уж нет? С любимой зябкий больше не встречать рассвет… Мама, ты прости, что не доплыл, и что не до дышал, не до любил, не дожил, не довоевал, и в логове злодея не достал, за вас за всех не растерзал.
Жаль не смогу письмо уже отправить, но вы когда-нибудь получите его. Ответ едва ли я увижу. Только вас прошу, не надо тризн, ведь я не умер, лишь без вести пропал. Кровь до капли всю отдал…и жизнь… Я с собою ничего не взял…
Будем живы – не умрем!
Навсегда ваш сын и брат, Леонид.
Послесловие. В письме все настоящее, и переправа, и без вести пропавший лейтенант и его сестры и братишка. Одна из сестер, Маруся, через много лет родит сына и назовет его в честь погибшего брата – Леонидом. Он и написал письмо от имени своего дяди и тезки. Память – это все, что я могу для него сделать.
Автор: Green_tea
Источник: http://litclubbs.ru/articles/29401-neotpravlennoe-pismo.html
