Сегодня 30 лет со дня смерти Венедикта Ерофеева, "человека, напуганным счастьем", большого таланта с печальной судьбой. Сегодня вспоминаем любимые цитаты Венечки.
"Я одну вещицу вашу читала. И знаете: я бы никогда не подумала, что на полсотне страниц можно столько нанести околесицы. Это выше человеческих сил!" ( "Москва -Петушки")
"Ну-ну-ну-ну, довольно, пациент. В дурдоме не умничают…" ("Вальпургиева ночь или Шаги Командора")
"Ото всего этого несёт непоправимостью." ("Бесполезное ископаемое")
"И почему Василиса должна уходить к Иванушке, если ей и с Кащеем хорошо?" ("Бесполезное ископаемое")
"У вас вот лампочка. А у меня сердце перегорело, и то я ничего не говорю." ("Бесполезное ископаемое")
"Книга должна быть дорогой. И первое свидетельство любви к ней — готовность ее купить. Книгу не надо «давать читать». Книга, которую «давали читать», — развратница. Она нечто потеряла от духа своего и чистоты своей. Читальни и публичные библиотеки суть публичные места, развращающие народ, как и дома терпимости." ("Вальпургиева ночь или Шаги Командора")
"Вот еще Гегель был. Я это очень хорошо помню: был Гегель. Он говорил: «Нет различий, кроме различия степени, между различными степенями и отсутствием различия.» То есть, если перевести на хороший язык: «Кто же сейчас не пьет?»... Есть ли у нас что-нибудь выпить, Пётр?" ("Москва-Петушки")
"Как известно, в Петушках нет пунктов А. Пунктов Ц тем более нет. Есть одни только пунткты Б." ("Москва -Петушки")
"К вопросу о «собственном я» и т. д. Я для самого себя паршивый собеседник, но всё-таки путный. Говорю без издевательств и без повышений голоса, тихими и проникновенными штампами, вроде «Ничего, ничего, Ерофеев» или «Зря ты всё это затеял, ну да ладно уж» или «Ну ты сам посуди, ну зачем тебе это» или «Пройдёт, пройдёт, ничего». ("Бесполезное ископаемое")