/Лиза/
Несмотря на то, что мы планировали провести тут неделю, у Глеба появились срочные дела и нам приходится возвращаться.
Плечо Глеба заживает, машину уже отремонтировали.
Значит, это будет наша последняя ночь в этом доме.
Мы легли спать.
Я положила голову ему на плечо, а он играл пальцами с моими волосами.
- Глеб.
- Хм…
- Почему ты хочешь купить этот дом?
- Тебе здесь не понравилось?
- Нет, мне очень нравится это место, но мне просто любопытно почему именно этот дом?
Повисло минутное молчание, прежде чем я наконец услышала речь Глеба.
- Когда я сбежал из детского дома, я однажды приехал сюда, и именно здесь я впервые испытал чувство спокойствия и безопасности. Так что по этой причине это место мне так дорого, - сказал он.
- А как насчет этой пары? Что будет с ними, если ты купишь этот дом?
- Они могут остаться здесь, а мы будем приезжать раз в месяц или неделю, или, может быть, ты сама решишь.
- Глеб...
- Хм... - ответил он.
- Ты пытался что-то узнать о своей маме? - спросила я и затем пожалела, когда поняла, что пересекла черту, за которую не должна была заходить.
Глеб молчал, я посмотрела на него.
- Мне жаль, что… я не должна была спрашивать. Я…
- Она была наркоманкой, Лиз. После того, как я родился, она оставила меня в детском доме. Позже она умерла из-за передозировки наркотиков. Больше не о чем говорить, - сказал он, устремив взгляд в потолок.
Я держала руку на его груди.
Хотя снаружи он выглядел спокойным, но его сердце бешено колотилось. Его тело похолодело.
Мне казалось, что кто-то безжалостно сжимает мое сердце.
Мне хотелось кричать и плакать, чтобы его боль утихла, но я понятия не имела, что именно следует сделать, чтобы утешить его.
В ее голове возник нежелательный образ.
Образ маленького мальчика на темных, холодных улицах... напуганный, голодный, уставший...
Мое сердце сжалось от боли.
Я приподнялась на локтях и посмотрела на него.
Он все еще смотрел в пустое пространство.
Я наклонила голову и поцеловала его в лоб, затем в глаза, затем в щеки...
Теперь внимание Глеба было сосредоточено на мне, и, наконец, я легонько поцеловала его в губы.
Я хотела лишь слегка поцеловать, но он удержал меня...
Требуя большего, я просто сдалась, потому что так я почувствовала свободу.
Это была прекрасная ночь любви.
/Глеб/
Я понял, что Лиза пытается сделать…
Я ненавижу жалость к себе в чьих-то глазах.
Но Лиза предлагает мне не жалость, а понимание, сострадание и поддержку.
В эту ночь она предложила мне себя…
Еще раз, и не было никаких сомнений и определенно никаких сожалений.