Корни самых важных решений лежат глубоко в подсознании. Сидя в своей московской квартире, я оглядываюсь назад и вижу вереницу событий, которая привела нас из Непала домой за день до окончательного закрытия страны. Каждое из них слишком маленькое, чтобы его заметить, но в совокупности они определили условия нашего бегства из Непала.
О том, что в базовом лагере Эвереста эпидемия Ковид мы узнали за несколько дней до того, как об этом на весь мир сообщил BBC. Сложно было не заметить зачастившие вертолёты, да и портеры в углу подозрительно тихо шептались о чем-то своём. Дон, так звали нашего, как-то сказал мне, что из базового лагеря эвакуируют 12-15 человек с ковидом.
До поры все это не имело никакого значения. Только к Дингбоче стало понятно — пространство для путешествий в Непале стремительно сокращается. Закрылась долина Катманду, закрылись национальный парк Читван и Покхара. Шутки про вертолёт потихоньку превращались в план действий. Мы мечтали провести пару дней в Нагаркоте. Я расписывал ненавязчивую непальскую роскошь отеля Mystic Mountains. Бассейн на открытой трассе, завтрак с видом на Гималаи и чистый горный воздух.
Из Лобуче я забронировал вертолёт на обратную дорогу. До базового лагеря Эвереста оставался один день пути. По плану мы должны были на следующий день дойти до Горакшепа, подняться на Калапатар. Следующим утром спуститься из Горакшепа до Фериче и улететь в Луклу 3 мая, а 4 мая лететь в Катманду. В базовый лагерь Эвереста мы решили не заходить.
Вечером 2 мая, после того как мы сходили на Калапатар, Беней, непальский гид и мой знакомый рассказал, что 4 мая закроют внутренние перелеты. Перед нами замаячила реальная перспектива зависнуть в горах до конца мая, если не дольше. Когда Луклу из-за непогоды закрывали всего на неделю, это казалось настоящей катастрофой, а целый месяц на высоте 3000 метров для нас был похож на конец света, дома девочек ждали семья и работа.
Посоветовавшись с участниками, мы перенесли вылет из Фериче в Лобуче, не только из-за тревожных новостей, сколько из-за общей усталости и напряжения. Это было невероятно удачное решение.
3 мая информация о внезапном закрытии внутренних рейсов подтвердилась, и пока мы летели до Луклы на вертолёте, мои партнёры перебивали нам билеты на самолёт до Катманду с четвертого мая на третье.
Как только вертолет приземлился в Лукле, вместо гостиницы мы бегом направились в аэропорт. Я позвонил уточнить название гестхауса, а вместо этого узнал, что через полтора часа мы вылетаем дальше. В аэропорту я связался с начальником Summit Air и он подтвердил, что остался ещё один последний рейс на Катманду.
- Здравствуйте, я от Моунтайн клаб, мы должны сегодня улететь в Катманду, меня к Вам направил Дипак Дхакал.
- Я в курсе, ждите, как только самолёт вылетит из Катманду я вас позову.
Погода в Лукле стояла облачная и дождливая. Я молча гадал: прилетит за нами самолет или нет. Девочки отправились подкрепиться куда-то в город, а я остался сидеть на чемоданах. Потихоньку потянулись ещё люди. Все слегка растерянные, но твёрдо намеренные улететь.
Наконец пришло подтверждение — самолёт из Катманду вылетел.