Отец Павел был не только человеком слова, но и человеком дела. Все последние годы он упорно воплощал один масштабный замысел. Адельгейм считал, что приход должен быть космосом, объединяющим в себе богослужение, просвещение и милосердие. И этот космос он пытался создать у себя в Пскове. При храме отец Павел Адельгейм открыл православную общеобразовательную школу, которая стала одной из лучших в городе. Здесь готовили будущих регентов. У него было стремление оставить следующее поколение общества живущим правильно. Это был его мотив всей жизни - благоустраивать мир вокруг себя. Выпускники школы до сих пор вспоминают, какая особенная атмосфера была на уроках по церковным предметам, которые вел сам батюшка.
Евгения Германова, ученица протоиерея Павла Адельгейма:
Он читал нам сказки «Хроники Нарнии» на занятиях, и поэтому у меня первые ассоциации от отца Павла, будто он как Льюис такой, будто он сам какой-то сказочный персонаж. Такой добрый дедушка, и всегда от него такое тепло шло. Добро, тепло, и никогда не было чувства какого-то довлеющего.
В теплый и уютный дом, где до сих пор собираются ученики отца Павла, всегда приходили и воспитанники батюшки, и его друзья, и далекие, и близкие, и знакомые, и незнакомые.
А еще сюда приводили тех, кому некуда было идти, – выпускников коррекционных интернатов для детей-инвалидов. Старшая дочь Адельгеймов с младенчества страдает болезнью с нарушениями психики. Вырастив ее, отец Павел научился хорошо понимать таких детей.
При одном из своих храмов, в деревне Писковичи под Псковом, в 93-м году он открыл приют для сирот-инвалидов, официально оформив на себя опеку над пятнадцатью детьми. Чтобы обучить их ремеслу и занять делом, он построил рядом свечную мастерскую. И даже купил дом для выпускников своего приюта. Когда сам батюшка лишился прихода в Писковичах, попытался пристроить всех своих подопечных – кому-то выбивал квартиру, положенную по закону, кого-то отправил к родственникам, а некоторые так и остались жить в приюте.
Для других он выбивал жилье и пользовался связями, а сам всю жизнь прожил, не зная достатка и не стремясь к нему. Он запросто делился последним с любым незнакомцем.
Вера Адельгейм, вдова протоиерея Павла Адельгейма:
Я говорю: "Павлик… а денежка должна была быть". А он: "Ты знаешь, ко мне пришла женщина, попросила". Я говорю: "Павлик, а что мы будем кушать?" — "Господь не оставит…" И действительно, как-то получалось.
Он никогда не давал себе поблажек - не делал скидки ни на возраст, ни даже не увечье. Близкие поражались его стойкости и равнодушию к боли: с протезом, он выстаивал долгие богослужения на одной ноге. И даже когда случалось служить одному каждый день, он не роптал и не сокращал положенных по уставу молитв.
Иван Адельгейм, сын протоиерея Павла Адельгейма:
Это было поразительно, потому что у него был протез. И этот протез у него надевался просто на ногу, но когда он долго в нём ходил, культя его от трения натиралась очень сильно. Перед тем, как ложиться, он заклеивал это лейкопластырем, вечером потом снова собирался на службу, опять надевал протез и опять ехал служить. То есть, для него это было очень болезненно, очень тяжело. Он старался всё время, самое главное его качество, наверное, это постоянное стремление служить, совершать богослужение.
Из документального фильма "Протоиерей Павел Адельгейм. Проповедники" (Телеканал "Россия-Культура"):