Девушка вцепилась в любимого и зажмурилась, сдерживая крик. Призрак с горящими ненавистью глазами пронёсся сквозь них. Холод прошёлся по душе. Ощущение, как будто кто-то прошёл по твоей могиле, сказал бы Стас. Он обнял Настю и сказал, что Наталья специально пугает их.
– У тебя ничего не выйдет! – крикнул он в темноту.
За спиной зашелестели звуком опавших листьев шаги, как будто ветер закружил хоровод из мёртвых тел одежды осени. Настя и Стас обернулись, призрак Натальи застыл у входной двери. В квартире вдруг всё стало отчётливо видно, что даже свет от небольшого фонарика был не нужен.
– Я заберу твоего ребёнка, – прошептала Наталья и усмехнулась. Внезапно её объяло пламенем. Она двинулась к ребятам, которые бросились в противоположную сторону. Спина Стаса упёрлась в подоконник, он направил луч фонаря на стену, видя, что это заколоченное фанерой окно. Рванул на себя лист, край которого легко поддался. Яркий луч свет осветил комнату, сделав её серой. Вместе с Настей они принялись отрывать от окна фанеру, пока она не поддалась. Свежий воздух и свет ворвались в обгорелый остов квартиры. Призрак съёжился, уползая с тенями в тёмные углы.
Настя вытерла мокрое от пота лицо и сдержалась, чтобы не заплакать.
– Ты как?
– Всё нормально, – ответила она.
– Давай осмотрим всё здесь, пока она не вернулась.
– Скоро стемнеет и нам надо уходить, – отозвалась Настя. – Здесь над больше света, прям какие-то осветительные приборы принести что ли.
– Что если освободить все окна?
– Давай. Потом их можно будет плёнкой закрыть.
От комнаты к комнате они двигались быстро, впуская солнечный свет, очищая затхлый воздух проклятой квартиры. Призрак больше не появлялась.
Обнаружить что-то стоящее было сложно. Свидетельств прошлого не было, только чёрные от копоти стены, сгоревшая мебель, оплавленная плита на кухне.
Стас заглянул во все потаённые места, даже в вентиляцию, и с удивлением и ужасом его пальцы нащупали там жестяную коробку.
– Настя, глянь, – перемазанный копотью, он протянул девушке коробочку.
– Откроешь?
Он, кивая, поставил находку на подоконник. Свет солнца угасал, сделался оранжево-жёлтым. Пальцы Стаса надавили на крышку, которая с трудом поддалась. Внутри лежали странные вещи. Непонятно для чего они были нужны здесь.
–Что это? – с ужасом в голове спросила Настя.
– Не знаю, но похоже на какие-то ведьмовские штучки.
Он высыпал содержимое на подоконник. Из коробки выпали чёрно-белые фотографии, где были Юрий и Наталья Фадеевы, у которых на фото были выколоты глаза. На фото Оленьки было то же самое, как будто кто-то ненавидящий эту семью, хотел наслать на неё проклятие. Ещё в жестянке были пучки волос, аккуратно состриженные и заплетённые в маленькие косички-шнурки. Губная помада, содержимое которой вытекло, и записная книжка. Страницы были испещрены непонятными знаками. Стас раскрыл книжечку, показывая Насте.
– Какая мерзость, ты понимаешь, что это?
– В каком смысле?
– Стас, это порча на разлуку и смерть точно.
– Откуда ты знаешь? Ты же не ведьма.
– Нет, но в детстве бабушка много чего рассказывала мне. Была она женщиной верующей, жила в деревне и кое с чем сталкивалась.
Стас махнул рукой, сгрёб всё в кучу обратно в коробку, говоря, что это надо уничтожить.
– Сжечь, – кивнула Настя.
– Ага, насмотрелась кино.
– Но там бывают верные подсказки. Придём сюда завтра и надо рассыпать соль по периметру…
– Ага, и пентаграммы ещё нарисовать, а ещё позвонить братьям Винчестерам.
– Ты сам видишь, что происходит? – Настя вдруг разозлилась на Стаса. – Вот была бы у тебя зажигалка, сжёг нафиг эти фотки и волосы сразу.
Он ощупал свои карманы, вытаскивая зажигалку. Настя нахмурилась, зная, что он не курит, спросила, зачем она ему.
– На всякий случай, – улыбаясь, ответил Стас и, вынув фото Фадеевых, поднёс к нему огонь. Карточка вспыхнула зелёным пламенем. Только хотел подпалить пучок волос, как услышал крик Насти. Обернулся, видя, что возникший из тени призрак Натальи материализовался и тащит девушку за собой. Он бросился к ней, но ноги оцепенели. Стас не мог пошевелиться, как будто превращался в каменного истукана. Он с ужасом наблюдал, как кричащую Настю призрак втащил в стену!
Шёпот, он лился отовсюду. Стас зажмурился, замотал головой, отгоняя видение. Ощущая на себе множество холодных пальцев, он глянул под ноги, понимая, что пол превратился в топь. Парень медленно опускался в трясину, повторяя – «это не по настоящему, этого не может быть».
– Сожги волосы! – услышал он вдруг крик девочки. – Ты успеешь!!!
Стас краем глаза смотрел на подоконник, на котором тлело фото Фадеевых. Зажатая в руке зажигалка не слушалась. С болью он повернулся к окну. Ноги увязли по колено. Запах разложения ударил в нос, стены превратились в склеп, которые покрывали извивающиеся тела пресмыкающихся и насекомых. Каждое движение давалось с огромным трудом и болью. Он дотянулся до подоконника, стаскивая коробку.
Оленька возникла перед ним внезапно.
– Мне нельзя долго быть здесь, держи, – она протянула ему чёрную косичку, спутанную из жёстких волос. – Другие волосы мои. Если всё сжечь, мы уйдём из этого мира навсегда. И насчёт соли Настя права.
– Куда утащила её эта тварь? – заорал Стас, потом осёкся, слыша свой вопль, сжал в пальцах волосы Натальи и щёлкнул зажигалкой. Они вспыхнули, рассыпаясь на искры. Удушливый дым ударил в нос.
Парень смотрел на разгорающееся пламя, видя, как из него вылетают странные знаки, те самые, что он видел в блокноте из жестянки. Знаки вспыхивали и гасли, плыли в тёмной комнате, пока не от волос не остался пепел. Огонь обжёг пальцы, и Стас ощутил, как глаза наливаются свинцом. Топь поглотила его. Он провалился в шевелящуюся массу из человеческих тел, змей, крыс и мерзких насекомых – пауков, тараканов и многоножек.
Уже не чувствуя ничего, он податливо скользил по извивающемуся потоку, пока тьма не отключила ему рассудок.
Настя открыла глаза, вздохнула так глубоко, точно вынырнула из-под воды. Огляделась, узнавая лес, по которому её водила Оленька.
– Стас, – тихо позвала она. Тишина стала ответом.
Девушка шла вперёд, понимая, что невозможно переместиться в другое место, всё это дурной сон. Шла сквозь сгоревший лес, где с неба падал не снег, а пепел. Невыносимая тоска сжала грудь, Насте вдруг захотелось умереть, зажмуриться и никогда не открывать глаза. Страх вцепился жёсткими пальцами в горло, сковал движения, бросил на выжженную землю, заставляя забиться под корни огромного дерева. Спрятаться и наблюдать за чужим, жутким миром в котором нет места живым.
Сквозь корни, она увидел босые ноги. Они были покрыты ссадинами, белая кожа и платье до колен, край которого обгорел.
Сейчас Наталья не походила на призрака, на жуткий образ, преследующий Настю. Она наблюдала за тварью. Та что-то или кого-то искала. Настя была уверена, что Наталья ищет её.
– Настя! – крик Стаса привёл в чувство. Настя выбралась из-под корней и понеслась на голос любимого. Бежала, ощущая, как и тогда, что лес наблюдал за ней, ветви норовили ударить в лицо, а корни подставлялись под ноги, желая опрокинуть её лицом вниз.
– Мама! – голос ребёнка прозвучал за спиной. Настя обернулась, видя малыша, который только-только научился ходить. Он тянул к ней пухлый ручки, в глазах тревога, а на губах улыбка. Странное дитя, мелькнула в мыслях девушки.
– Настя-я! – звал Стас, и она бежала на его голос, пока, наконец, не выбралась из лесной чащи на прогалину, что возвышалась над жуткой чащобой. Там стоял Стас, Настя бежала к нему, а он словно не видел её. Его губы шептали:
– Где же ты моя девочка? Я думал, что найду тебя.
– Да здесь я, здесь! – заплакала Настя, бросилась к нему, но прошла сквозь него точно через видение.
– Стас, ну почему ты не видишь меня?!
– Настя!!!
– Мамочка!
Настя обернулась. Малыш снова стоял рядом с ней и тянул к ней ручки.
– Разве ты не обнимешь меня мамочка?
Продолжение следует
Понравилась история, ставь пальцы вверх и подписывайся на канал