Любишь ли ты поезда, как люблю их я?
Если да, то прямо сейчас услышишь где-то далеко тот самый, знакомый с детства звук.
Стук колёс – это настоящее искусство. Это целый огромный мир, которого порой не замечают уставшие после долгой дороги путешественники, шумно запрыгивающие в последний вагон с десятком увесистых тюков.
Иногда мне кажется, что всё моё детство прошло в поездах. В маленьких и в больших, в уютных и не очень, в совершенно разных, но неизбежно прекрасных вагонах. Я ездил несколько раз в год – в Тулу, в Астрахань, в Мурманск… я мог проводить в поездах несколько дней подряд, но совершенно не уставал от них. Каждые школьные каникулы непременно ассоциировались у меня со стуком колес, холодной гладкой поверхностью откидных столиков и несуразными сетчатыми полочками, назначение которых было мне совершенно непонятно.
Спёртый воздух переполненного плацкарта никогда не вызывал у меня отвращения. Ни торчащие с верхних полок ноги в дырявых носках, ни шумный храп, ни снующие взад-вперед тётушки с неугомонными детьми ни разу не заставили меня нахмуриться. Ведь поезд – это настоящее путешествие. Поезд – это дверь в другие миры, наполненные странными, но очень интересными жителями.
Когда мне было лет 6 или 7 мы с мамой проехали 1584 километра на третьей полке. Да-да! Представь себе! Не на второй, а на третьей! Там, где обычно обитают лишь пыльные матрасы и опьяненные мягким светом ламп насекомые. Как ни странно, поездка не показалась мне сложной или скучной. Я с любопытством рассматривал пассажиров с высоты своего необычного укрытия, смеялся над охающими бабушками, замечавшими мою мордаху у самого потолка, и дразнил детвору, добравшуюся лишь до второй полки. Хорошо быть ребенком! Даже самые сложные жизненные ситуации кажутся веселыми приключениями.
Уж не знаю, как то путешествие перенесла мама, но кажется мне, что глаз за двое суток она так и не сомкнула. Шутка ли – ехать под потолком на узкой жесткой полке, пытаясь уследить за ёрзающим без конца сорванцом!
Еда в поездах всегда казалась вкуснее. Варёные яйца, разложенные на столике, огурцы и помидоры, порезанные огромными кусками, картошка в фольге и даже горький зелёный лук вызывали столько восторга, что никакие шоколадки и пирожные даже рядом не валялись.
А уж если удавалось купить любую съедобную дребедень у бабушек на перроне – можно сразу было считать, что день удался!
Эх… как же хочется порой забыть о работе, обо всяких скучных взрослых проблемах… ввалиться в поезд, плюхнуться на боковушку, и, включив в плеере любимую музыку просто смотреть в окно…
на пролетающие мимо города и деревни, на бесконечную паутину линий электропередач, на растерянных людей, мечущихся по переполненным перронам. Есть всё-таки какая-то непередаваемая романтика во всём этом – странная, самобытная и притягательная…